Онлайн книга «Не властью единой»
|
Слово «деревня» рядович всегда произносил через «э» и с крайним презрением, и в этом отношении явно сквозила какая-то давняя личная обида. — Да как всегда… – Миша не стал вдаваться в подробности, справедливо полагая, что собеседник спросил это чисто из вежливости. Однако чужое время сотник тоже ценил, не хуже околоуголовного дельца Антипа, потому и время зря не тратил. Да Ставрогин, конечно же, понял, что Миша не зря пришел. Отложил бересту и писало: — Боярин Аникей Федорович про тебя говорил… — Так ты все знаешь! – со Ставрогиным сотник давно уже был на «ты». Хотя с некоторых пор отношения их стали сложными – из-за гибели Варвары Мише стыдно было смотреть рядовичу в глаза… Что ж, дело прошлое. Хоть и свербит до сих пор. Дознаватель дернул шеей: — Знаю, но без подробностей. Вот их и поведай. — Да кабы самому все эти подробности знать! Сотник рассказал все, что помнил, рассказал, в чем его обвиняют и чего хотят… Ставрогин слушал внимательно, не перебивая, и видно было – многое он уже знал. Выслушав же, покачал головой: — Кто бы ни были твои враги, Михаил, но они – люди могущественные. Я б посоветовал тебе на время исчезнуть… Затаиться где-нибудь, если это возможно вообще. — То-то и оно, что невозможно. Не поеду, скажут – виновен, ага. — Именно так и скажут, – подтвердил Артемий Лукич. – Но и в Киеве ты не оправдаешься – не успеешь. Тебя просто казнят, не дадут сказать и слова. Или умрешь под пытками. Все уже решено без тебя твоими врагами… Вернее, не только твоими. А чтоб ты доехал, за тобой должны следить… Мне так кажется. Михайла вскинул глаза: — Следить? — Ну да. Людей своих к тебе приставить. А лучше – твоих подкупить. Самых надежных. — Да мои люди не… — Э-э, Михаил, – дознаватель погрозил пальцем. – Слабое место есть у любого. Главное – это место найти. А дальше – любого можно заставить. Не купить, так запугать, или властью поманить, будущим богатством… «Система управления во всей красе! – неожиданно подумал Миша. – Так сказать, поиск мотиваций». — Ты что скривился-то? – Ставрогин вдруг усмехнулся. – Зуб болит? Так я коновала хорошего знаю. — Зуб… если бы… Понимаешь, Артемий Лукич, я все прощенья хочу просить – за Варвару… Не уберег… Сотник поник головою. — Что уж теперь, друже… – тихо промолвил сыскарь. Помолчал немного и так же тихо спросил: — Как она погибла? Ты не рассказывал… — Ты не спрашивал. Но хочешь знать – знай. Враги отрубили руки и ноги, выкололи глаза… Она сама попросила убить. Я – убил. Врагов – тоже. Михаил говорил коротко, бросая хлесткие рубленые фразы. Выслушав, Ставрогин сглотнул слюну… — Да уж… Что ж… Пожалуй, это единственное, что можно было для нее сделать – подарить смерть… Так случается, да, когда смерть – это лучший выход. Зайду сегодня во храм… помолюсь… — Ты сказал – соглядатаи? Если не мои, то… кто и как? Рядович пригладил бороду: — Да всяко бывает. Это ж целое искусство – соглядатая к человеку приставить. Вот припомни, не случалось ли с тобой в последнее время чего необычного? — Так случалось, конечно. Ну, на охоте… когда меня… я ж только что говорил. — А этот… беглый… — Корота? — Ты его проверь! — Проверяю уже… Ладно, Артемий Лукич, бывай. А над словами твоими я очень хорошо подумаю, да. — Погодь, – гость уже было собрался уйти, да рядович удержал его за руку. – О кособородом твоем… |