Онлайн книга «Не властью единой»
|
— Третьего дня пресветлый князь туровский Вячеслав Владимирович отъехавши в Черемихино на заимку. Со женой и со детищами. И со всем двором своим. — Та-ак… – воевода покачал головой. – Значит, на заимку… Так стало быть – там и охота? — Стало быть, там, – кивнув, улыбнулся в бороду страж. – Коли званы – туда и поезжайте. Как добраться-то, знаете? Корней Агеич махнул рукой: — Да уж знаем… Поехали, Миша, коли уж тут так… Припозднились, похоже. Ничего не ответив, сотник молча заворотил коня. На заимку так на заимку, что ж… — Поехали, братцы! — Может, к Никифору завернем? – тут же предложил сотник. – Теперь уж куда спешить-то? — Не-е, Мишаня! – дед все же был куда как искушенней в интригах! – Если сперва к Никифору – увидят, найдется кому. Слухи пойдут нехорошие: мол, к родичам приехали, а потом уж, опосля, – к князю. Так, не первым делом, ага… — Ну, к князю так к князю, – Миша махнул рукой. – Ты дорогу-то знаешь, деда? — По Волынскому шляху… Эвон, направо сейчас… Широкая наезженная дорога – Волынский шлях – тянулась меж полей и лугов, залезала на холмы, спускалась вниз, местами ныряла в зеленые перелески и рябиновые да кленовые рощицы. Везде – тут и там – попадались деревни в два-три двора и большие – с нарядными церквушками – села. Паслись на заливных лугах тучные стада буренок, колосились золотом нивы. Юг! Богатая земля, что уж скажешь. Эх, если б не враги, не усобицы да набеги… — Дед! А далеко до этого Черемихина? — Да с десяток верст. — А-а… А я думал привал устроить. Коней напоить, да и самим… — Коней напоить-то не худо бы, – согласно кивнул воевода. – Тут место одно по пути будет – дуб, да рядом – ключ. Там все останавливаются. Вот и мы… Ненадолго. Эх, опоздали… – Корней Агеич почмокал губами. – Эх… Нехорошо это, Мишаня. Нехорошо. — Так а что опоздали-то? – встрепенулся сотник. – Наша-то в чем вина? Гонец когда явился – вчера. Вот мы прямо с утра и выехали. А князь на заимку уехал еще третьего дня. Не мы виноваты, деда! Князь поздновато вспомнил… Или кто там у него распорядитель-тиун… — То еще хуже, – угрюмо сдвинув брови, воевода сплюнул в дорожную пыль. – Коли нас так специально оповестили – поздно. Чтоб уже виноваты были. Значит, что-то собираются предъявлять! Такое у меня чувство. — Ой, деда! Вечно ты… Может, просто забыл про нас князь, запамятовал – мало ли у него дел? Княжеством управлять, чай, штука не простая. Это только кажется, что легко. Все ли упомнишь? Вот, подсказали… тот же тиун. Пусть и поздно, но… все-таки… В чем же наша вина? — Твои б слова да богу в уши, Мишаня, – вдруг рассмеялся дед. – Может, и да – прав ты, а я-то, старый дурень, каркаю, на воду дую. Прибавив ходу, обогнали обозы с душистым сеном, проехали рощицей, дальше же, на пути вновь обоз, на этот раз – встречный. И такой же пахучий, даже, пожалуй, слишком. Навоз! Парни носы не затыкали, но отворачивались, коней подгоняли… А Мише вот радостно было! Навоз – удобрение… Значит, не только Ратное по «агрикультуре» сеяло! Впереди, за орешником и малиной, показался высоченный дуб даже не в три, а, пожалуй, в десять обхватов! Настоящий патриарх, он был виден издали, заслоняя собой небольшую церквушку… даже, скорее, часовенку. — Ильинская часовня, – перекрестившись, скупо пояснил дед. – А то – Перунов дуб. |