Онлайн книга «Шпион Темучина»
|
— Да что ты такое говоришь, нойон! – замахал руками юноша. – Что, эти люди Большого Двуногого – и есть северные людоеды из древних легенд? Что-то не очень верится. Посмотри, как к нам здесь относятся. Как и у нас, гостеприимно. Нойон покачал головой: — Не сравнивай лесных людей и людей степи. Для степняков любой путник – это новости, развлечение, разговоры. А здесь, в лесных дебрях, в горных теснинах, чужак – это всегда соглядатай, разведчик, от которого нужно немедленно же избавиться. Как должны были бы поступить и с нами. А что на самом деле? — Так ведь, может, и у здешних такие же обычаи, как и у нас! — Не может, Гамильдэ! Не может. Слишком уж разные условия жизни. И еще подумай – пир, дружеское расположение вождя, девочки… Не слишком ли хорошо? А ведь не зря говорят: когда слишком хорошо – уже не хорошо. — Ладно, – Гамильдэ-Ичен задумчиво кивнул. – Я всегда привык доверять тебе, нойон. Раз уж ты так считаешь… Что будем делать? Бежать? — Бежать. – Баурджин потер руками виски. – Только не сразу. Не сейчас. Полагаю, нам просто-напросто не дадут этого сделать. — Но ведь… — Если стражей не видно – это еще не значит, что их нет. Дождемся темноты. И вот еще что. Смотри – у нас не отняли оружие, не заперли, уготовив на завтра страшную смерть. Значит, что? — Значит, к утру на нас нападут, – тихо отозвался юноша. – Ворвутся в дом, возьмут тепленькими, свяжут… — Может быть, – нойон хмыкнул, – но куда легче просто подсыпать какой-нибудь сонной травы в вино или брагу. А уж потом связать – это, кстати, могут сделать и женщины. — Тогда нужно не пить! — Подозрительно! — Тянуть время, насколько можно. — А вот – правильно. Так и поступим. Что же касается питья, то… Есть у меня одна задумка… Снаружи послышались девичьи голоса. Старик Черр-Нор не обманул – прислал женщин. Они так и вошли всемером, наверное, те же самые, что днем приносили пищу. Черноволосые, темноглазые, смуглые… Только теперь из одежды на них были одни лишь набедренные повязки из оленьих шкур, да на груди – ожерелья из шишек. Смеясь, девушки уселись на лавки, поставив рядом с собой два больших глиняных сосуда, вылепленных без применения гончарного круга, вручную. Уселись, посматривая на гостей… Баурджину опять показалось, что – плотоядно… Одна из девушек зачерпнула из горшка деревянной чашей, отпила сама и протянула гостям – пейте! Приятели переглянулись, и Баурджин покачал головой – наверное, этот напиток и можно было бы выпить, но… не стоило рисковать. По обычаю кочевых племен, приняв чашу двумя руками, нойон поставил ее на пол перед собою и, встав, поклонился девушкам. Та, что подала чашу, засмеялась, что-то заговорила настойчиво – видать, предлагала не стесняться и пить. — Нет, девушки, – резко возразил Баурджин. – У нас принято пить по-другому, особенно – в компании женщин. Он обвел девушек руками, затем, показав на чашу, затряс головой, воздев глаза к небу. Затем принялся рисовать в воздухе какие-то узоры… луну и звезды – то и дело показывая на чашу. Еще и приговаривал: — Нам нельзя пить с женщинами до захода солнца. Вот когда стемнеет, тогда другое дело… Неизвестно, то ли молодой князь объяснял уж очень доходчиво, то ли кто-то из дев немного понимал речь гостей, но до всех дошло, что хотел сказать нойон. Перекинувшись несколькими фразами, девушки заулыбались и больше не стали предлагать напиток. По крайней мере, пока. Но и сами не пили, а затянули песню. Одна из девчонок отворила дверь, выглянула и, обернувшись, кивнула на улицу и на чашу, мол – скоро стемнеет, и уж тогда… |