Онлайн книга «Шпион Темучина»
|
— Не жаль. Добудем новый. Так кто ты? — Я – торговец из города Баласагуна! — Странно… А говорил, что тангут. Где тангуты – и где Баласагун? Баурджин был, конечно, поражен неожиданными географическими познаниями атаманши, однако виду не подал: — Это мои люди – тангуты, а я – из Баласагуна. — Угу… И какого же черты ты здесь делаешь? — Торгую! — Вот той дрянью, что мои люди нашли в твоих возах?! — Любая дрянь может стать товаром. – Баурджин улыбнулся, вспомнив поучения Хартамуза-черби. – В дальних кочевьях можно продать и черта. Важно только уметь назначить правильную цену. — Правильную цену? – Разбойница явно заинтересовалась. – Ну-ка расскажи, как это? И Баурджин, с иезуитской улыбкой профессора экономики, в течение как минимум часа обучал наивную женщину хитростям сравнительно честной торговли, причем не только услышанному от Хартамуза-черби, но и по собственной инициативе почерпнутому в тонких брошюрках общества «Знание» в бытность командиром дальнего гарнизона. Разбойница слушала серьезно, время от времени кивая, вот только никак не могла понять, что такое прибавочная стоимость и чему равен совокупный общественный продукт. — Ну, это ж так просто! Сколько тебе повторять, уважаемая Оэлун, – прибавочная стоимость – это стоимость, произведенная неоплаченным трудом рабочего и полностью присваиваемая капиталистом. — Кем присваиваемая? — Ну, не могу я объяснять в такой позе, уж извини! — Ладно, не объясняй, – поднявшись с ковра, Дикая Оэлун подошла к ближайшему сундуку и, нагнувшись, распахнула крышку. – Сможешь продать это гнилье? – Она вывалила из сундука расползшиеся от ветхости ткани. — Да легко. – Баурджин расчихался от пыли. Чихнула и Оэлун. Чихнула и засмеялась. — Так продашь? — Ну, я ж тебе сказал! Только что подобные вещи продал, и довольно удачно. — У меня такого добра много… Считай, все сундуки, – еще раз чихнув, вздохнула разбойница. – Так ты точно можешь все это обратить в звонкий металл? — Я не волшебник, я только учусь… — Чего? — Запросто! Но, разумеется, не очень быстро. Нужны возы, мои помощники, проводники к отдаленным кочевьям. Я слыхал, у Аргуни кочует много родов – вот там-то… — Не забывай, кроме будущих покупателей, там есть еще и хан Джамуха… и Черный Охотник. — Кара-Мерген? – удивленно переспросил пленник. – Что ты о нем знаешь? — Мало чего… – Разбойница снова вздохнула. – О нем вообще мало кто чего знает. Но все боятся! — И ты? — Я никого и ничего боюсь! Ну… – Оэлун подкинула на руках расползшуюся ткань. – И как ты это продашь? — Очень просто – на подношения духам. Ну, видела, думаю, цветные ленточки на кустах и деревьях? Вот эта ветошь… — Это тэрлэк! — Этот тэрлэк, если его разрезать на ленточки и продать каждую хотя бы за одну медную уйгурскую монету, принесет выгоду… — Господи Иисусе Христе! – вдруг громко взмолилась разбойница. – О, великий Тэнгри и Христородица! Да ты – и такие, как ты, – еще большие разбойники, чем все мои люди! Недаром вас все презирают… — Но все пользуются. Ну-ка, Оэлун, замри… — Зачем это? — Ну, прошу… Вот так… — И что? – Дикая Оэлун повернулась боком. — Какая ты красивая. Оэлун! – восхищенно причмокнул губами пленник. – Ты хоть сама-то об этом знаешь? — Почему же не знаю? – Атаманша подбоченилась. – Мне об этом все говорят. |