Онлайн книга «Корсар с Севера»
|
Маруф присмотрелся и вздрогнул. Магомет и святые угодники! Да это же… Это же… — Ну, ку-урва! Попалась. Он тигром набросился на опешившую девчонку. Керим лишь успел заметить, как в ее желтоватых глазах мелькнул ужас. Желтоватые глаза. Красивая девчонка. И тот парень на террасе. Тоже желтоглазый. А не за них ли обещал награду Джафар? Ва, Алла! Но что делает этот Маруф? Видно, Аллах совсем лишил его разума. Он ведь сейчас ее задушит! И что — три золотые монеты ишаку под хвост? Керим быстро прошел вперед по узкому коридору и оказался на ярко освещенной луной террасе. Ага, вот и хозяин, в углу. Ха! И желтоглазый там же. На ловца и зверь… Керим взял Эйюба за рукав халата, что-то шепнул. Эйюб нахмурился и, кивнув гостям, быстро направился к дому, на ходу подзывая слуг. Они успели вовремя. Еще б немного, и Маруф задушил бы девчонку. Слугам еле-еле удалось оторвать его от гостьи. Тяжело дыша, Маруф что-то пытался сказать, но язык плохо слушался, и изо рта вырывалась лишь грязная ругань. «Этак он и сам сдаст желтоглазых Джафару!» — запоздало подумал Керим. Облизнулся, взглянув на плачущую девчонку. Разорванная до пояса одежда, плоский живот, вздымающаяся грудь. Ва, Алла! Керим подошел ближе, протянул руку… Девчонка, казалось, не могла шевельнуться после пережитого ужаса. На горле ее алели отпечатки ладони Маруфа. Вах, красавица… Керим наклонился… Тонкая, полуголая, беззащитная… Беззащитная? Как бы не так! Не успел Керим дотронуться до ее живота, как девчонка вдруг встрепенулась, словно кобра в броске! Ударила ногой в живот Керима, укусила за руку кого-то из слуг. С воплем выбежала на террасу, прикрывая лицо остатками одежды. Олег Иваныч схватился за кинжал: — Что случилось, Флавия? — Там… Там… Там, в доме, Маруф! Услышав ненавистное имя, Иса вскочил на ноги и вытащил саблю: — Веди, женщина! Все пятеро — Флавия, Олег Иваныч, Иса и Гришаня с Марко — направились к дому, расталкивая посетителей. А их, посетителей, к вечеру собралось довольно много. Ели, шутили, играли в кости. И вовсе не хотели, чтоб их толкал неведомо кто! Лязгнули сабли… Кто-то схватил Олега Иваныча за локоть: — Э, Ялныз! Салам! Что такое? — А, Шахди, Махмуд! Мир вам. Там, в доме, тунисцы! Бьют наших! — Тунисцы бьют наших? Наших бьют! Тунисцы! Вах, проклятые собаки! Слух о том, что проклятые тунисцы, изрядно надоевшие всем морякам Бизерты, настолько обнаглели, что осмеливаются бить кого-то из местных, распространился по городу с быстротой летнего пожара. Толпы вооруженных горожан вышли на улицы и, за неимением конкретных врагов, грозили кулаками в сторону моря, где покачивались на волнах галеры Джафара. И Маруфу, и остальным тунисским офицерам хватило ума, чтобы в момент оценить опасность. Похватав в охапку оружие и одежду, они настолько быстро выскочили на улицу, что разгневанному народу достался на расправу лишь корчившийся в судорогах Керим. Он валялся на полу, держась за живот, и выл, причитая: «Ничего не сделал! Ничего. Просто стоял, вах!» Страх перед разъяренной толпой наступал на пятки бегущим пиратам. Глухое недовольство народа, лишенного заработка запретом Джафара на выходы в море, вырвалось наружу, словно гной из фурункула. — Море, море! Не пускайте их к лодкам! Удалось схватить почти всех. Ушли только двое. |