Книга Курс на СССР: В ногу с эпохой!, страница 60 – Андрей Посняков, Тим Волков

— Да ну их к черту этих клофелинщиц! — я раздраженно отодвинул машинку и облокотился на спинку стула.

— И то правда, — обрадовался Серёга. — Лучше пива попей.

И правда, не помешало бы! Я так перенервничал из-за всех этих событий… И Наташа-то угодила под горячую руку. Точнее, под шаловливые ручки! Кстати, надо вечерком звякнуть Иван Михайловичу… А про милицию… А про милицию и впрямь, подумаю завтра на свежую голову.

— Пива, говоришь, попить? —я искоса посмотрел на коллегу. — Так в ларьках одни алкоголики, а в барах очередь.

— Возьми в универсаме, который на углу, у пышечной, там привоз был, — посоветовал Серега и схватился за телефонную трубку. — Момент! Сейчас уточню… Але! Альбина Васильевна? Это Плотников, Сергей, из газеты. Ах помните… Отлично! У вас, кажется, пиво появилось? Ах, свежее «Рижское»… Да, оставьте, если можно, бутылочек восемь.

— Сколько, сколько? — удивился я. — Зачем так много? Мне так и одной за глаза!

Плотников подмигнул, снимая с вешалки куртку:

— По одной мы с тобой вместе на улице выпьем. Там есть, где. Ну, а остальное… Друзей, что ли, у тебя нету? Или отец непьющий?

— Да нет, друзья есть, — я тоже стал одеваться. — Да и отец от пива не окажется.

— Ну, вот, видишь? Пошли.

Отстояв небольшую очередь, мы купили в универмаге пива и к нему еще взяли вяленого леща в рыбном отделе. С момента объявления хозрасчета, лещей там стало завались, как и воблы. Да и за пивом нынче особых очередей не наблюдалось. Правда, цены копеек на десять повысились, но это, в принципе, ерунда. Недавно разрешенные кооперативы, артели и народные предприниматели особо не наглели и на прибыль в тысячу процентов не рассчитывали.

Мы устроились на скамейке в небольшом скверике, недалеко от троллейбусной остановки. Дождь закончился, и на небе, наконец то, показалось солнце. Ну, хоть так, ближе к вечеру, но настроение поднялось. В доме напротив кто-то распахнул окно и выставил на подоконник колонки:

«Ой, Вань, смотри, какие клоуны…»

Мы посмотрели с Сергеем друг на друга и беззаботно расхохотались. Весеннее солнышко. Пиво. Высоцкий. Хорошо!

Серёга рассказывал о своей дочурке, а я вспоминал о том, что осталось в прошлой жизни. Удастся ли мне исправить всё, начав жизнь практически с чистого листа? Хотя, чистым листом мою новую жизнь уже назвать сложно. Я основательно замарался и погряз в болоте, из которого выбраться самостоятельно уже не получится.

Пиво оказалось свежим, лещ вкусным и как-то незаметно мы приговорили по паре бутылок. Мир показался вообще сказочным. Но всё рано или поздно заканчивается. Плотников посмотрел на часы и, вспомнив о супружеских обязанностях, быстро попрощался и побежал на остановку, к которой как раз подходил автобус. Он вскочил на подножку и ещё раз махнул мне рукой.

Я послал ему в ответ мужественный жест «¡No pasarán!» и продолжил сидеть на лавочке. Солнышко быстро бежало к закату, но было таким тёплым и ласковым, что меня слегка разморило. Я посмотрел на авоську с пивом, на разложенных на газетке копченых лещей и вздохнул. Одному мне этого явно много. Надо было бы с кем-то поделиться.

Я медленно поднялся, завернул лещей в бумагу, сунул их в авоську к трем оставшимися бутылками пива и вышел из сквера. Стоя на обочине, задумался: куда бы пойти? Отец обычно возвращался домой поздно.