Онлайн книга «Курс на СССР: В ногу с эпохой!»
|
Кстати, о путёвке санаторий для моих родителей она вполне могла узнать у кого-то в том же областном профкоме, куда имеет доступ в силу занимаемой должности, да и к сотрудникам, занимающихся распределением путёвок вполне могла бы обратиться, как говорится «в неформальном общении». Тем более, что такой вариант, как появление «горящей путёвки» на Черноморское побережье в санаторий на три недели явление довольно редкое. Здесь можно было бы узнать не только название санатория, но и кто поспособствовал, что путёвку выделили именно моим родителям, точнее отцу. Думаю, Сидорин и его коллеги позаботились о достоверной версии. Хотя, думаю, с этой стороны путь к информации для Горгоны закрыт. Уж очень она нелюдимая, злобная. Наверное, поэтому она и улыбалась мне, стараясь быть любезной, чтобы расположить к себе. Представляю, как коробило её изнутри. Когда она пыталась выдавить из себя эту самую улыбку и просьбу… Но, всё-таки есть же какой-то человек, который (я в этом уверен) дал ей задание разузнать у меня информацию. И этот человек не знает, каков статус у неё в коллективе. И этот человек имеет на неё какое-то влияние. Не думаю, что здесь что-то личное. Как-то не могу представить себе Горгону в роли чьей-то возлюбленной. Скорее всего здесь что-то другое. Заподозрить её в меркантильности тоже как-то сложно, хотя, «купить можно всякого, дело лишь в цене». А если здесь замешан Вектор, то я её даже несколько понимаю. Тот может так мозг запудрить, что… Да, всё-таки здесь без Вектора не обошлось. Я почему-то на сто процентов уверен, что он где-то поблизости. И не скрывается, а продолжает активничать. Это моя версия, о которой я пока никому говорить не буду. Мой маленький бзик, навеянный тревогой за жизнь близких. В субботу мы с отцом отправились в больницу навестить выздоравливающего. Вообще-то, Коля уже давно поправился, но по просьбе определенных структур, в целях личной безопасности, продолжает оставаться в стационаре. Денек выдался солнечный, хороший, как никак начало лета, хотя ещё бывают прохладные дни. Хромов и Метель наслаждались прогулкой и общением друг с другом. Даже со стороны заметно, насколько они сблизились. И, как мне кажется, симпатия со стороны Марины искренняя, а не по заданию отца. Уверен, что дочь даже не предполагает, кто он на самом деле. — О! Матвей! Саня! — увидев нас, обрадовался Николай. — Как я рад вас видеть! — И я рада, — подхватила Марина, целуя меня в щеку. Коля на этот её провокационный жест ответил вполне нормальной улыбкой, как и положено настоящему мужчине, уверенному в чувствах своей женщины. А может всё дело в его «особом складе ума», присущего всем талантливым гениям. И сейчас отец и Коля едва обменялись рукопожатиями тут же принялись обсуждать какие-то свои технические вопросы, полностью погрузившись в свой особый мир. — Ну, вот, — я подмигнул Марине. — Похоже, это надолго. — Ну, ничего страшного, — улыбнулась Метель, как мне показалось, несколько снисходительно. — Мы пока можем и пройтись. Я как раз в машине кое-что забыла, — она обернулась к увлеченно беседующим изобретателям. — Только не думайте, мы недолго! — Да ладно вам, — Хромов смущенно махнул рукой. — Идите. Мы здесь будем. По его лицу было заметно, что он даже рад тому, что мы уйдём. Похоже, у них были темы, как говорится, «не для посторонних ушей». Я оглянулся по сторонам и заметил на лавочке неподалеку сидящего мужчину, изо всех сил изображающего увлеченного читателя. Но за пять минут он не перевернул ни одной страницы в лежащей у него на коленях книге. Возможно он просто задремал, а может это один из тех, кто обеспечивает охрану Коли. |