Онлайн книга «Курс на СССР: На первую полосу!»
|
* * * Суббота началась так же суматошно, с подготовки праздничного стола. — Саш! Перец не видел? — Не. — И куда же он, интересно, делся? К одиннадцати часам вечера новогодний стол уже был сервирован. Расставлены праздничные (из серванта) тарелки и фужеры, разложены мандарины и хлеб, тоненько порезан сервелат, открыта заветная баночка шпротов. В духовке ждала своего часа запеченная по особому рецепту курочка, на балконе подрагивал от мороза холодец, а в холодильнике, в больших салатниках величественно восседали «оливье», винегрет, селедка под шубой… Слюной тут изойдешь! В 23:40 по телевизору закончился киноконцерт ' И в шутку, и всерьез'… — Саша, неси салаты! — скомандовала мама, появляясь из спальни в новом платье. Она бросила быстрый взгляд в зеркало, проверяя, всё ли в порядке и покрутилась перед нами. Ну как? Во! — восхищенно воскликнули мы с отцом. Мама улыбнулась и подошла к столу. Отец галантно придвинул стул даме, поторапливая меня. Я быстро поставил на стол салаты, и мы приготовились слушать поздравление советскому народу от партии и правительства. По понятным всем причинам, Андропов, конечно же, не выступал… В 23:50 началось «С Новым годом, товарищи». — Разливаем! — скомандовал отец. — Ну, проводим Старый… Куранты! — С Новым годом, товарищи! С Новым, 1984-м, годом! * * * Я зашел к Наташе где-то около часа и сразу вручил подарки. Услышав в ответ, кроме поздравлений, еще и восторженное спасибо я обрадовался. Ну, рок-опера «Юнона и Авось» просто не могла не понравиться столь интеллигентной и тонко чувствующей девушке, о всё-таки я волновался, угодил ли. Ивану Михайловичу я подарил перекидной календарь на 1984 год, который малым тиражом выпустили в нашей типографии специально для узкого круга чиновников высокого ранга. Наташа немного смущаясь вручила мне солидный ежедневник и набор гелевых авторучек, кажется, французских. Иван Михайлович конечно же сразу потащил нас к столу, несмотря на все протесты, что мы торопимся на молодёжную ёлку в парк. — Ну, дед, ну мы же только что поели! И Саша тоже! — Это он у себя ел! — резонно возразил Иван Михайлович. — И Новый год встретил дома. А теперь с нами! А ну-ка, Александр, наливочки… Ну! С Новым годом! По телевизору шел «Голубой огонек». Группа Стаса Намина исполняла популярную песню «Мы желаем счастья вам» и мы с удовольствием подпевали артистам, размахивая бокалами с знаменитой дедовской вишнёвой наливкой. Я провёл взглядом по комнате: украшенная шарами и мишурой новогодняя ёлка в углу, узорчатый ковер на стене, торшер возле кресла и этажерка с книгами. На праздничном столе традиционное «Оливье», мандарины, селедка под шубой… Слегка закусив салатами я от горячего отказался и незаметно подмигнул Наташе. — Дед, — решительно сказала она, поняв мой намёк. — Мы с Сашей на елку сходим, а ты долго не засиживайся, помни, у тебя режим. — Ну, что-ж, — протяжно по-стариковски ответил Иван Михайлович. — Каждому своё. Старикам и детям спать, а молодёжи гулять до утра. Только вы одевайтесь потеплее и не очень долго, всё-таки морозно. — Да я ж с Сашей же, — удивилась Наташа и добавила. — Он согреет. Мы вышли на улицу. Мягко падал снег. Окна многоэтажек светились радостными огнями, а из распахнутых форточек были слышны песни. Неизбалованный разнообразием советский народ в полном единодушии смотрел первую программу. Я улыбнулся. Скоро всё изменится. Благодаря изобретателю Николаю, совсем скоро люди получат неограниченный допуск к мировым шедеврам. Вот только не окажется ли всё это преждевременным? Готово ли сознание советского человека к этому? |