Онлайн книга «Маски и лица»
|
— Некий мистер Далтон, англичанин. Нас не так давно познакомил Анатоль… Слово за слово, разговорились… И, надо же, как повезло! Этот самый Далтон как раз занимался покупкам автомобилей «Рено» еще в девятьсот седьмом, для английских таксомоторных фирм. — Ох, Николай Александрович, — покачал головой доктор. — На вашем месте я бы не слишком доверял разного рода прохо… непроверенным людям. — Так я же попрошу пана Дзержинского — он проверит! — бывший государь азартно хлопнул в ладоши. — Как говорят англичане, все будет О, Кей! Во всяком случае, в Совнаркоме мне обещали всяческую поддержку. Лично господин Ленин, председатель! — Так вы говорили с Лениным? — округлил глаза Анатоль. Николай Александрович развел руками: — Не далее как позавчера имел такую честь! Крайне деловой человек, хваткий, без всяких условностей. Очень похож на американца. У тех, знаете ли, тоже время — деньги. Мою затею насчет крымского такси всецело одобрил! Хорошо, говорит у вас сказанулось. Именно так и сказал… И даже не стал брать с меня слово не помогать врагам революции! Сказал — все ваши сановники и генералы вас уже один раз предали. Предадут и второй… А еще… Ох, друзья мои! Охнув, царь вдруг всплеснул в ладоши: — Что же мы все обо мне, да обо мне! У нас же есть Иван Павлович! Признаться, от таких слов доктор несколько смутился. — Иван Павлович, дорогой, — поднявшись на ноги, продолжал гражданин Романов. — Вы помогли мне… всем нам… и младшенькой моей, Насте… Позвольте… От чистого сердца! С этими словами Николай Александрович вытащил и карман пиджака небольшой серебряный брегет на цепочке: — Так сказать, в знак признательности! Настоящие швейцарские… Гравировку я уже сделал… Тронуты до глубины души доктор открыл крышку: «На добрую память уважаемому доктору Иван Павловичу Петрову от Н. А. Романова». — Хороший гравер попался, — пояснил царь. — Здесь недалеко, на Большом Каретном. Еще довольно молод, мордастенький такой… Но, действительно — Мастер! Сделал быстро, и буквы — одна к одной. — Спасибо! — растрогано поблагодарил доктор. — Да, Николай Александрович, чуть было не забыл. Вы ведь общаетесь с дочками? — Конечно! Вот и сегодня… — Не могли бы вы передать… Нарком иностранных дел товарищ Чичерин ждет их завтра после обеда в наркомате. Хочет предложить поступить на службу! А то что же это — с такими-то знаниями — и на фабрике? Неразумно. — Вот! — бывший государь радостно закивал. — И я то же самое говорил! Абсолютно то же самое. С Юлией удалось поговорить во дворе — улучив момент, ушлая барышня выскочила туда покурить. Извинившись, Иван Палыч тут же бросился следом. Успел — барышня только что вытащила из сумочки початую пачку папирос «Октябрина» с изображением курящей девицы в цветастом платке. — А ну-ка бросьте! — кротко приказал доктор. — Бросьте, бросьте! Курить вам пока никак нельзя. Обратно в госпиталь захотели? — Я вообще нынче старюсь поменьше, — девушка послушно убрала пачку. — Просто в последнее время какая-то одна сплошная нервность. Да вы сами знаете, доктор! — Ну да, ну да, — покивал Иван Павлович, прикидывая, с чего лучше начать разговор. — Вижу, то-то спросить хотите? — вдруг усмехнулась Юлия. — Так что же не спросите? Доктор повел плечом: — Спрошу. Юля, не встречала ли ты, случайно, в Москве некую парочку… |