Онлайн книга «Маски и лица»
|
Иван Палыч зажёг электрический фонарик, выданный им в госпитале. Луч пополз по стенам. — Смотри, — тихо сказал он. На обшивке, на высоте примерно метра от нар, были царапины. Глубокие, неровные. Гвозди? Ногти? Чуть ниже — ещё пятна, более бурые, с характерными брызгами. Кровохарканье. Принялись осматривать пол, заглядывать под нары и вскоре обнаружили ампулу. Иван Палыч подошёл к тому месту, где валялась ампула. Поднял её. Стекло было тонким, качественным. На нём не было никаких маркировок. Он сунул ампулу в карман. Потом луч его фонаря выхватил что-то в щели между половицами — маленький, смятый клочок бумаги. Он нагнулся, поддел его пинцетом из саквояжа. Обрывок этикетки. Бумага плотная, хорошая. — Посвети сюда. Иван Павлович присмотрелся. На бумаге угадывались несколько букв готического шрифта, частично смытые: «…erg… Labor… Frankfurt a. M…» И ниже — напечатанная цифра: «Stamm Nr. 19/…» — «Labor…» — это видимо «лаборатория». «Frankfurt» — Германия значит, — вслух принялся рассуждать Иван Павлович. — «Штамм № 19…». Тоже понято, без всяких переводчиков, — задумчиво добавил Валдис. — Это мы удачно зашли! — Удачно, — кивнул хмурый Иван Павлович и спрятал клочок бумаги в карман. — Немецкая лаборатория. Номерованный штамм. Валдис ничего не ответил, принялся осматривать вагон дальше. — Иди сюда. Доктор подошёл. Чекист посветил фонарём в угол, где пол был менее всего затоптан. Там, в пыли, отчётливо виднелся след. Не от сапога. Небольшой, чёткий отпечаток подошвы с мелким, геометрическим рисунком. — Думаешь, они оставили? — спросил Иван Павлович, вглядываясь в след. — Таких подошв в у нас армии или у крестьян нет. Это след городской, иностранной обуви. — Один из «санитаров», — произнёс Иван Павлович. — Неосторожный. Или слишком уверенный в себе. — Он достал из кармана блокнот и карандаш и начал быстро зарисовывать отпечаток. Потом, когда рисунок был готов, они продолжали осматривать вагон, ища другие улики. Валдис методично простучал стены, ища тайники, Иван Палыч склонился над ещё одним пятном, пытаясь определить его природу. Тишину внутри вагона нарушал только их приглушённое дыхание да скрип половиц под ногами. И вдруг — шум. Едва уловимый. Не скрип двери, не шаги. Словно тихое шипение, шелест одежды о деревянный косяк у входа. Звук был таким тихим, что на мгновение показалось — померещилось. Но Валдис тут же обернулся. Иван Палыч, глядя на него, инстинктивно сделал то же самое. Тишина. Гулкая, звенящая. А потом… Хлопок! Глухой, негромкий. И сразу за ним — второй! Хлопок! Стреляют! Иван Палыч даже не успел осознать опасность. Он лишь увидел, как доски стены рядом с его головой треснули, осыпаясь острыми щепками. Что-то горячее и острое чиркнуло по плечу доктора, разрывая ткань шинели. В тот же миг Валдис, не поднимаясь во весь рост, резко рванул спутника за воротник к грязному, пахнущему хлоркой полу. — Вниз! У входа… Договорить Валдис не успел — вновь принялись палить, на этот раз стреляя прицельно. Глава 10 Тишина после залпа длилась считанные секунды, но в гулком пространстве вагона она показалась вечностью. Иван Палыч слышал лишь собственное сердцебиение в ушах и сдавленное дыхание Валдиса. По плечу медленно растекалось тепло — пуля лишь опалила кожу, сорвав клок шинели. |