Онлайн книга «Переезд»
|
Он продемонстрировал медный чайник. В палате повисла гробовая тишина. Семашко, широко раскрыв глаза, смотрел то на Глушакова, то на побледневшего, как полотно, Сергея Петровича. — Вы… как ваше самочувствие? — наконец выдавил из себя главный врач Воронцов. — Самочувствие? — Глушаков поставил чайник на тумбочку и развел руками. — Да великолепно, товарищ доктор! Температуры нет. Аппетит зверский. Рана чистая, уже заживает. Слабость, конечно, еще есть, ноги не совсем слушаются… Но я же, простите, неделю почти при смерти был! А теперь — жив! Как тот феникс, понимаете? Спасибо Ивану Павловичу и его лекарству! Без этого — точно бы погиб. Он обвел взглядом присутствующих и его взгляд остановился на Иване Павловиче, скромно стоявшем в дверях. Лицо капитана озарилось широкой, искренней улыбкой. — А вот сам чудотворец! Вот кого я чаем обязан поить в благодарность! Ваше зелье, брат, видать, и впрямь волшебное! Выпили бы со мной чайку? Семашко медленно повернулся к Сергею Петровичу. Его лицо снова налилось гневом. — Борода… — произнес он тихо, но так, что у всех похолодело внутри. — Вы отстранены от работы. Ожидайте решения комиссии по факту вашего вредительства и срыва перспективнейшей научной работы. Затем он шагнул к Ивану Павловичу и крепко пожал ему руку. — Иван Павлович, а вы — молодец. Оформляйте все ваши наработки документально. С сегодняшнего дня ваша работа получает высший приоритет и полное финансирование. Страна нуждается в вашем лекарстве. Глава 11 Было воскресенье, уже середина мая. Иван Палыч нынче проснулся рано, часов в пять утра. Подошел к окну и, распахнув форточку, слушал, как пели утренние птицы. Пахло юной листвой и — немного — керосином и дымом, видно, кто-то уже раскочегаривал примус. Слышно было, как во дворе шаркал метлою дворник, трудолюбивый и никогда не унывающий татарин Ахмет. — Ты что в такую рань? — приоткрыв глаза, сонно спросила Аннушка. И в самом деле, на обязательных выходных раз в неделю настаивал сам нарком, товарищ Семашко. Доктора этот тоже касалось, несмотря на плотную занятость в лаборатории. С другой стороны, в хирургическую больницу ноги несли его сами. Пенициллин! Он все-таки получил пенициллин! Глушаков уверенно выздоравливает. И это только начало. Теперь нужно строить завод… Да что там один завод — по всей России открывать фармацевтические фабрики! И вот тут неплохо бы кое-что взять у немцев… — Вань… Доктор обернулся и приложил палец к губам: — Слышишь, как поют? Заливаются. Ах, соловьи, соловьи… — Это иволга, кажется. — Все равно — красиво! — А, помнишь мы раньше часто заводили граммофон? — Анна Львовна уселась на оттоманке, белая ночная сорочка сползла с ее плечика, блеснула на шее тоненькая серебряная цепочка с крестиком. Да, многие большевики были крещеными, и к антирелигиозной пропаганде относились не очень-то одобрительно. И это — партийцы! Чего уж о простых обывателях говорить? Ну, отделили вы церковь от государства, а школы от церкви (как скажем, в той же Франции), но церкви-то зачем рушить? На эту тему Иван Палыч, к слову сказать, имел беседу с Дзержинским. Председатель ВЧК, хоть и сменил католичество на марксизм, однако, кое-кто не раз видел его выходящим из костела. Как-то вот случайно зацепились языками в бильярдной. |