Онлайн книга «Обострение»
|
Иван Палыч как в воду глядел. Почти сразу же после его слов на улице погремел выстрел. Потом еще парочка… И еще! — С ружей палят! — авторитетно заявила Аглая. — А вот это — с нагана… Канонада неожиданно быстро закончилась. — Э-эй! — донеслось со двора. — Вы там живы хоть? Доктор осторожно приоткрыл дверь: — Да, вроде, живы… А вы-то как? — Двух волчин запромыслили! — поднимаясь по крыльца, похвастал становой пристав Лавреньтев. — Как раз на шубу! Позади светил фонарем Гробовский… И еще был один человек. Молодой, сильно прихрамывал. Прохор Деньков, становой урядник. Он и держал охотничье ружьё. Остальные обошлись наганами. Пока доктор возился с новым больным, Аглая поставила чайник, достала из плетёной корзинки пирожки, завернутые в чистую тряпицу. Все трое полицейских, скинув шинели, довольно уселись за стол. — Ну, что там с волками-то, господа власть? — негромко осведомился кузнец. — Убитых мужики забрали — на шкуры, — Лаврентьев улыбнулся и покрутил усы. — Но, пару штук сбежала… — Как вихрь! — поддакнул урядник. — Только их и видели. Юное лицо его раскраснелось, руки всё еще не отпускали ружьё — красивое, отделанное серебром и видно, весьма недешевое! — Тятеньки покойного ружьё! — похвастал урядник. — Охотник был заядлый. Меня с собой брал… — Ну, раз ты, Прохор, охотник… — Гробовский устало вытянул ноги. — Тогда скажи-ко — что волчинам у больнички надобно было? — А это надо смотреть, Ваше благородие! А ещё лучше — нюхать… — Нюхать? — поручик и пристав недоуменно переглянулись. — Вот именно, — пожал плечами Деньков. — Нюхать! А что, господа, глянем? Фонари у нас есть… — Глянем! — Алексей Николаевич азартно потёр руки. — Загадку-то разрешить надо. А, Пётр Николаевич? — Да, — улыбнулся тот. — Пошли, глянем… понюхаем, х-ха! — Пока тут Аглая с чаем возится… а доктор с больными… — Нет уж, извольте, господа! — резко выступил Иван Палыч. — С больными я уже закончил… А вот насчет волков — любопытно будет посмотреть! Прихватив фонари, мужчины вышли во двор. Все, исключая кузнеца Никодима — тот остался с сыном. Впереди шел урядник. Присматривался, принюхивался. Смешная конечно картина! Но было не до смеху. И вот, наконец, урядник громко фыркнул носом, обернулся. Спросил с торжеством в глазах: — Ну? Чуете? Гробовский потянул носом и невольно закашлялся: — Фу! Мерзостью какой-то пахнет! — Верно! — засмеялся урядник. — Только не мерзостью, а приманкой для волков! Что так смотрите? Да-да, приманкой! Вон, видите — мешочек? Доктор посветил фонарем… и заколдобился! Едва не вырвало от одного вида истёрзанного волчьими зубами окровавленного мешка и валявшихся рядом гнилых кровавых ошмётков! Прохор же чувствовал себя вполне в своей тарелке. Присел на корточки, размял мерзость меж пальцами… даже едва ль не попробовал на вкус! — Ну? — распалился Лавреньтев. — Что там? — Кровавое месиво… глауберова соль… — пояснил урядник. — Ну, вы, доктор понимаете… — Сернокислый натрий, — Иван Палыч кивнул. — Для предохранения крови от быстрого свёртывания. — Всё так! — довольно хохотнул урядник. — Думаю, надобно лыжный след поискать… и куски мяса рядом… Но, это завтра уже… — Приманка… — Гробовский покусал губу. — А что, сложно её сделать? — Да не так уж и сложно, — повёл плечом урядник. — Просто опыт нужен. Да и некоторые делают под заказ, для охотников… Кто — у местных поспрошать надо. |