Онлайн книга «Обострение»
|
Всё же решившись, Иван Палыч загляну в трактир, благо народу у прилавка толпилось много. Повезло, обязанности полового нынче исполнял Андрюшка! Ну, а кому же еще? Дядька ж теперь здесь — хозяин… Доктор окинул быстрым взглядом залу. Штольца там не было! Чёрт! Неужели, упустил? — Андрей! — улучив момент, негромко позвал доктор. Подросток тут же подскочил, улыбнулся: — Здрасьте, Иван Палыч! Тоже на ярмарку? — Ага… Андрей, ты Штольца не видел? Ну, помнишь, раненый? — Да помню… Видал, — покивал половой. — Только что у дядьки про Сильвестра Петровича спрашивал. Потом горестно так вздохнул и на двор вышел. Верно, в уборную… — В уборную… Чемодан при нём был? — Да. Старый такой. Потёртый. — Андрей! А со двора можно в село выйти? — Да запросто! Там ворота только на ночь и закрываются… — Мм… Выругавшись, Иван Палыч выбежал на улицу. Конечно же, Андрюшку поблагодарить забыл — не до того стало! Чёрт! Всё-таки упустил! Ну, как же так? Как же… Да так! Он же врач, а не сыщик! Его дело лечить, а не за немецкими шпионами гоняться. Упусти-ил! Отчаяние охватило доктора, в глазах потемнело… Правда, ненадолго. Выйдя на улицу и чуть отдышавшись, Иван Палыч быстро взял себя в руки. Да, Штольц сейчас ускользнул… Но он — в Зарном! А Зарное — не город, надолго не спрячешься. День — два, шпион обязательно выдаст себя. Или соседи еще раньше заметят. Что ж теперь? В больницу! Вернуться к непосредственным своим обязанностям. Кстати, именно там, в больничке, и будут искать доктора пристав с урядником… Да тот же Гробовский! И Аннушка, возвращаясь со станции, вряд ли пройдёт мимо. Впереди, за присыпанным снегом зарослями рябины, показалась больница… Что-то вдруг затрещало… Мимо доктора, поднимая позёмку, пронёсся… …родной мотоцикл «Дукс»! В седле сидел… Чёрт! Да Штольц же! И чемодан с ним… старый, потёртый… привязан к багажнику бельевой веревкой. Нет… не может быть… Теряя по пути шапку, доктор опрометью бросился в больницу… Еще теплилась надежда, что… Нет! У крыльца мотоцикла не было. Остались одни следы… Господи! А если та же Аглая пыталась задержать шпиона, и он её… Дверь вдруг резко распахнулась, и на крыльце показалась… собственной персоной Аглая, живая и здоровая! — Иван Палыч! — приподняв брови, девушка всплеснула рукам. — А я ж думаю — вы уехали! Слышала, как мотоциклет завели… Еще обиделась — чего же не зашли-то? Ну-у… хорошо, хоть так… — Штольц! Ты его не видела? Не заходил? — Штольц? — Аглая удивилась ещё больше. — Да нет, не видала уж его целую вечность… Ой, к нам, кажется, пристав! И урядник с ним, Прохор… на коне! Шафиров не обманул, всё исполнил, как надо. Конного урядника тут же отправили на станцию — телеграфировать обо всем. Лаврентьев же с доктором уселись в смотровой и стали держать совет. — Мотоцикл! — не в силах сидеть, Иван Палыч взволновано мерил шагами комнату. — Теперь понимаю… Последняя его надежда! Все дороги нынче — его! И, знаете, все казачьи разъезды шпиона спокойно пропустят. Он же, наверняка, поедет под видом испытательного пробега… Ну, помните? Как тот убитый мотоциклист… — И сразу — к линии фронта, — покивал Лаврентьев. — Хитёр. Или просто повезло — воспользовался тем, что имелось. Как бы то ни было, а надо ловить! Эх, жаль, у нас телеграф-то еще не везде… А дорог… это у нас мало, а чуть западнее — так полным-полно! И все хорошие, расчищенные! Кати — не хочу. А фронт — вот он, считай, что уже рядом. |