Онлайн книга «Новая жизнь»
|
* * * К Анне Львовне молодой человек, увы, припозднился — минут на двадцать опоздал. А что поделать? Неотложные дела. Да еще попробуй, доберись — в темноте! Хорошо — луна… а если б дождь бы? Так в лужу бы куда-нибудь и свалился. Еще подходя к школе, Артем услышал доносившиеся из класса веселые молодые голоса и смех. Поднявшись по ступенькам, Иван Палыч постучал в дверь. — К Анне Львовне? На день Ангела? — распахнув дверь, осведомился небольшого росточка дед в армяке и треухе. — Заходи, заходи, мил человек. Все уже собрались — празднуют! Эва, молодежь! Чего не веселиться? А-а-а! Да вы ж, мабуть, новый доктор? То-то я и смотрю… А я — Елизар Мефодьич, сторож. Можно просто Мефодьичем звать… Ну, проходите, проходите… — Мефодьич… А где тут переобуться можно? — чуть стесняясь, спросил Артем. Да! Кроме Аглаиных пирогов, он взял с собой штиблеты. Ну, не в грязных же сапогах? — Эвон, на лавочке. — Ага. Волнуясь, доктор прошел по коридору к классу. Покосился на висевшие на вешалке, рядом с дверью, пальто и кургузые студенческие тужурки. Постучал. — А вот и наш Иван Палыч! Дверь распахнула Анна. В нарядном светлом платье с рюшам и тоненьким пояском, с модной — локонами — прической, она выглядела такой красивой, что доктор просто замер на месте и глупо моргал. Верно, так бы и простоял, коли б Анна Львовна не потащила его за руку: — Ну, что ж вы? Заходите же… А вот и компания. Расположились за учительским столом, за партам. — Здравствуйте, господа. — У нас — товарищи! — Тсс! Зачем-то погрозив всем кулаком, Анна повернулась к доктору и понизила голос: — Иван Палыч! Вы сейчас громко скажите — С Днем Ангела, дорогая Маша! Громко-прегромко — ага? Артем, наконец, улыбнулся: — Понимаю — конспирация… С Днем Ангела, дорогая Маша! — Ну, проходи… — Анна Львовна повернулась к собравшимся. — Вот, товарищи, тот самый Иван Павлович о котором я говорила! Очень хороший человек… и замечательный доктор! Гостей было пятеро. Все молоды. Все одеты по-городскому. Пухленькая девушка в длиной черной юбке и блузке, трое молодых парней — то ли студенты, то ли вообще — старшеклассники… и еще один, постарше, лет двадцати пяти. Сутулый худощавый брюнет, с узким нервным лицом, пробором и реденькими пижонскими усиками. — Прошу знакомиться! — Маша расставила чашки. — Очень приятно — Мария! — девушка по-мужски пожала руку. — Иван… — Николай! Степан! Юлий! — протягивая руки, по очереди представились парни. — Заварский, — пижон с редкими усиками назвался по фамилии. — Это наш Иннокентий, — хохотнула Анна Львовна. — Так сказать — мозг. Прошу любить и жаловать. Пожимая руку, Заварский несколько скривился. — Что-то с плечом? — с ходу определил Иван Палыч. — Был ранен… Понятно… Вероятно, недавно с фронта. — Бежал с каторги. Ого! Серьезный товарищ… Ох, Анна, Анна… — А вы, я так понимаю — сочувствующий? Ох, и взгляд оказался у пижона! Пронзительный, неуютный. Прямо прожигал насквозь. — Впрочем, Анна Львовна за вас поручилась. Вот, значит, как? И кто же ее об этом просил? — Коля, разливай вино и приступим! — по-хозяйски распорядилась учительница. — У всех налито? — У всех… Ой! Пироги! Деревенские! — Угощайтесь! — довольно улыбнулся Артем. — Ну, товарищи… — Анна Львовна поняла чашку. — В борьбе обретем мы право свое! |