Онлайн книга «Новая жизнь»
|
Артём был так погружён в мысли, что не сразу заметил скрип колёс и топот копыт. Перед ним, взметнув грязь, остановилась повозка — крепкая, с резными бортами, запряжённая парой гнедых лошадей. Кучер, бородатый мужик в сермяге, натянул вожжи, задребезжал: — Тьпр-р-ру! Дверца повозки распахнулась. Оттуда, сильно покачиваясь, выбрался человек — высокий, широкоплечий, в богатом суконном пальто с меховым воротником. Лицо, красное, лоснящееся от пота, толстое, походило на коровье вымя и тряслось от каждого шага. Глаза незнакомца, мутные, но цепкие, впились в Артёма. На шее болтался золотой крест, а в руке — трость с набалдашником, вырезанным в виде львиной головы. Запах крепкого перегара и табака ударил в нос. Артём замер, сердце ухнуло. Он сразу понял, кто перед ним, хотя и не видел его прежде — слишком схожи были глаза папеньки со своим сыном. «Сатана в сапогах», Егор Матвеич Субботин, собственной персоной. Кулак ухмыльнулся, обнажив лошадиные зубы. — Вот и свиделись, дохтур, — пьяно протянул он. — Иван Палыч, что хмурной такой? Ну, здорово. Поговорим? Субботин раскатисто рассмеялся, доставая из-за пояса револьвер. Артем понял, что разговор не будет добрым. Глава 6 Что, и вправду стрелять собрался? Посреди-то деревни… Ну-ну! Хотя, в пьяном-то виде, наверное, может. Однако, и не пьян особо-то — похмелье бьет! Значит, здоровье поправлял известным средством, из-за отсутствия морфия. Артем нацепил на лицо самую саркастическую улыбку — главное было не показать, что он этого чертова кулака боится. Да и не боялся он вовсе, четно сказать. Это Иван Палыч, похоже, боялся… или, скорее, побаивался — потому и морфий давал. Или тут иной интерес — денежный? А, впрочем, сейчас неважно. Сейчас важно другое — эту сатану в сапогах озадачить. Ну и так… на будущее… Приучить к мысли, что теперь фиг ему, а не марафет! — Не промахнетесь, с похмелья-то, господин Субботин? — подойдя ближе — а чего он тут выпендривается! — светски бросил доктор. — Руки, эвон, дрожат. Опят вчера выпили изрядно? — Издеваешься, Ваня? Ишь, как заговорил… Субботин истекал злобой, наган в его руке дергался, и ствол был направлен прямо на доктора. — Вам бы сейчас рассольчику, да супчику горячего похлебать! — невозмутимо бросил Артем. Кулак явно не ожидал такого. Красные щеки его задрожали, словно коровье вымя при дойке, глаза побелели, словно у только что сваренной рыбы. — Ах ты ж! Да я тебя… Засеку! Да я… Убрав револьвер — ага-а! — Субботин выхватил кнут, замахнулся. Артем тут же перехватил кнутовище… отстраненная улыбка так и не сходила с его лица. Кулака бросило в пот. Похоже, никто в деревне так себя с ним не вел. Не ожидал он такого. Явно не ожидал. — Ну, не будьте ребенком! — посмотрев зарвавшемуся хаму прямо в глаза, негромко промолвил доктор. — Вы ж образованный человек, Егор Матвеич! К чему весь этот спектакль? Дайте-ка лучше руку… Дайте, дайте! И уберите, наконец, кнут… Опешивший от такого обращения Суботин вдруг успокоился и, бросив кнут, послушно протянул руку. — Пульс частый, — пощупав запястье, покачал головою Артем. — Не пили б вы так, Егор Матвееич. Угробите ведь себя! А, впрочем, не мне решать. — Вот именно, не тебе! — сварливо бросил буян. Взгляд его вдруг вильнул и стал будто каким-то виноватым. Молодой человек обернулся. |