Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 91 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Шаман завизжал и мелко-мелко застучал в бубен. Видать, был одним из начинающих и сам удивился, что смог докричаться до тотема-покровителя.

Тут же грохнул выстрел: немец решил не рисковать и застрелил колдуна, едва только тот оказался на виду. Однако отхлынувшая толпа сир-тя даже не заметила еще одной смерти. Она восторженно вопила, махала руками, многие даже подпрыгивали, и все указывали в сторону незваных гостей.

Двуног поднял голову и заорал, распугав всех птиц и летучих ящеров на полдня окрест, потом опустил голову и с интересом всмотрелся в букашек внизу. Казаки жались к стволам деревьев, надеясь спрятаться за ними, судорожно сжимали в руках совершенно бесполезные против подобного врага сабли и топорики.

Матвей, наконец, домчался до оставленных кулеврин, схватил ближайшую, выпрямился, огляделся – и чуть не в голос завыл от острого бессилия! Вокруг стояли чумы из легеньких жердей и деревья в два-три обхвата. Стволы-чумы, чумы-стволы… И ничего! Ничего горизонтального, чтобы можно было зацепиться гаком для упора!

Двуног зашипел, опуская голову, – Ганс Штраубе вскинул пищаль, нажал на спуск. Грохнул выстрел – и гигантский двуног отпрянул, хлопнув пастью. Похоже, он чувствовал боль. Пищаль для него была как укол иголкой для человека. Однако тыкнуть иголкой в язык – зело неприятно.

Немец бросил разряженную пищаль, схватил другую, пальнул, бросил – и кинулся бежать. Двуног возмущенно зарычал, повернул следом, толкнулся ногой, прыгнул на другую, толкнулся, с каждым шагом пролетая два десятка саженей.

— Молись Бригите, Ганс! – в отчаянии крикнул Серьга и упал к дереву, цепляя гак за торчащий сосновый корень. – Митаюки, пали!

Юная чародейка упала на колени и ткнула дымящимся фитилем в запальник.

Опускать казенник было просто некуда – и пушечный выстрел плюнул ядром горизонтально, вдоль самой земли. Полет чугунного шарика даже отметила линия сдутой пыли, поднявшаяся между стволом и ногой чудовища. Ядро вонзилось в верхнюю часть ступни, взрезало кожу, потом мясо под ней и, стремительно теряя скорость, пробило сустав щиколотки, застряв где-то среди костей.

Двуног взвыл от боли, уже начиная новый шаг, и когда опустил раненую ступню – не смог на нее опереться, вскрикнул, поддернул и… начал заваливаться на бок, ломая своим весом толстенные деревья, словно пересохшую траву. Туша ударила оземь с такой силой, что мир содрогнулся, а часть чумов, подпрыгнув, просто посыпались, теряя жерди и взмахивая выцветшими покрывалами.

— Чего встали, православные?! – переведя дух, крутанулся через плечо Ганс Штраубе и выхватил меч. – Сарынь на кичку! Вперед!!!

— Ур-ра-а!!! – встрепенулись казаки, приходя в себя. – Сарынь на кичку! Вперед!

Заметно поредевшая ватага собралась в кулак и снова ринулась на приунывших и потерявших боевой задор сир-тя. Женщины сразу кинулись бежать, увлекая примером слабых духом; мужчины, застигнутые нападением без оружия, за работами – тоже предпочли прянуть прочь, не поддерживать своих воинов – и врагов у казаков внезапно стало до странного немного…

Между тем огромное чудовище пыталось встать, судорожно помахивая передними лапками, толкалось от земли головой, лупило по земле хвостом, разнося в щепу все, что оказалось поблизости, и широкими взмахами здоровой ноги пыталось найти опору. Двуног вполне мог подняться. И даже если он будет хромать – управиться с монстром будет совсем непросто.