Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 407 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Над острогом промелькнула тень, пошла на круг. Тут же ударило било, закричали мужчины и женщины:

— Дракон! Летучий дракон! Вса-адник!

Воины быстро расхватали копья и топорики, готовясь к встрече незваного гостя. Кто-то закричал, что нужно звать казаков с их огненными палками.

— Иноземцев не тревожить!!! – во весь голос потребовала Митаюки. – Не видите разве, он один! Управимся. Молитесь лучше. Пусть любовь Иисуса Христа защитит ваши души!

Она не чувствовала в небесном колдуне враждебности – только тревожность. Гость не пытался овладеть волей столпившихся внизу простолюдинов, при нем не видно было ни единого копья. Похоже, упрямо кружась, он просто искал место для посадки.

— Кто там перед мостом собрался? – встав в воротах, спросила чародейка. – Разойдитесь в стороны. Дайте мне дорогу до реки! Двадцать шагов шириной! Немедля!

Приказ хозяйки заставил воинов и служанок расступиться. Небесный колдун, правильно приняв приглашение, снизился. Его дракон широко раскрыл и чуть приподнял крылья, гася скорость, и ловко плюхнулся на дорогу в десятке шагов перед мостом. Сидящий на загривке зверя пожилой колдун в темной тунике и с огромном золотым диском на груди, опоясанный одним лишь бронзовым ножом, однако с богатой резной рукоятью и такими же костяными накладками на ножнах потрепал дракона по шее и громко потребовал:

— Позовите Енко Малныче!

— Тебя никогда не учили вежливости, сир-тя? – нахмурилась служительница смерти. – Хозяину дома надобно поклониться, поздороваться, о себе рассказать, о событиях последних, а лишь опосля о делах спрашивать.

У гостя зашевелились крылья носа, и Митаюки ощутила, как нефритовый нагрудный крестик похолодел, а в голове появились нехороший холодок, подташнивание и сонливость, как это бывает, когда кто-то пытается влезть человеку в разум, завладеть сознанием; по телу пробежали мурашки, что тоже есть верный признак колдовского нападения. Гость резко дернул подбородком, поморщился – похоже, ответное воздействие амулета ему не понравилось. Митаюки-нэ вскинула руку.

Все, что должен был теперь чувствовать небесный всадник – так это ее готовность отдать приказ о казни зарвавшегося хама. Воинов вокруг стояло изрядно, робости они не ощущали. Ощущали желание пустить в дело метательные палицы, топорики и копья.

— Кто ты таков и чего тебе надобно в моей твердыне? – жестко спросила темная ведьма.

— Мое имя Падан-хорт, я принес послание для Енко Малныче от всемудрого Тадэбя-няра, – недовольно признался колдун. – Позовите его ко мне!

— Что за послание?

— Не твое дело, глупая баба! – гонец повернул дракона, тот раскинул крылья, сделал несколько подскоков и, громко хлопая перепонками, начал набирать высоту.

Похоже, Падан-хорт все же нащупал нужный ответ в разуме кого-то из людей и понял, что проклинаемого Великим Седэем бродяги сейчас в остроге нет.

Впрочем, пусть вестник ничего и не рассказал, сам его визит значил для Митаюки-нэ очень многое. Ведь Тадэбя-няр был седьмым, младшим по званию старшиной Великого Седэя. Этот род имел заметно меньшие колдовские способности, в сравнении с другими великими знатными семьями, и никогда не поднимался выше пятой ступени. Пятый, шестой старшина – это достижения великих чародеев рода Тадэбя. Обычная их участь – быть самыми низшими из колдунов совета. И то, что четверо старших ныне нашли свою смерть на развалинах острога, – ничего не меняло. Наверняка в столице уже началась свара за их места, и «слабаков» не допустят к руководству даже на время.