Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 190 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Часть ящеров да менквов казаки перебили, часть разбежалась, утратив сдерживающее колдовство сир-тя. Кто-то из драконов, стараясь не захлебнуться в прохладной воде, плыл к берегу… а кто-то – к острогу!

— О, господи, – атаман не поверил своим глазам. – Это кто еще?

— Похоже, что ящер, – свесившись с башни, присмотрелся Михейко Ослоп. – Башка – как яйцо, хвостище. Не просто плывет – челнок за собой тянет!

— Иди-ко! – Егоров прищурился и погладил шрам. – И вправду челнок.

— Плывет кто-то. Уж точно не враги – гости.

— И выберут же времечко. Ништо, подождем… Хо!!! Кажись, знакомые старые… Енко!!! Вот так дела!

Приподнявшись в челне, колдун Енко Малныче радостно помахал рукою:

— Эгей, атама-а-ан! Гостей добрых примешь ли?

— Добрых – приму, – улыбнулся в усы Иван. – Только предупреждаю, работы у меня нынче много.

Вечером был устроен пир. Со скелета незадачливого длинношея сняли остатки мяса – парное, вкусное, как у коровы – кости же хозяйственные, выпущенные из амбара девицы сир-тя потихоньку перетаскивали на посад – для изб, для чумов. Шибко помогал Ноляко – без помощи ящера вряд ли так быстро управились бы.

Полоняницы к подобному были привычны, а казаки дивились:

— Эвон, добер зверище, работяшший!

— Да, не злой вроде. Ровно конь.

— Конь и есть. Вона и упряжь, а холка-то ровно седлом натерта.

Поставив на стол только что испеченный пирог-«длинношейник», Настя уселась на лавку, к гостям – в остроге Троицком пока что все было по-простому, без церемоний.

— А где Авраамка-то? – атаманская супружница тихонько ткнула локтем кормщика Кольшу Огнева. – Прийти ведь обещалась.

— Обещалась, – согласно кивнул тот. – Может, дите кормит. Да я уж Семку Короеда за нею послал.

Оглядев собравшихся веселым взором, Иван поднял кружицу с брагой:

— Ну, за победу, братцы!

Все дружно выпили, закусили, после чего принялись с жаром обсуждать штурм, причем говорили не попусту, не бахвалясь, а вполне по-деловому.

— Пушчонки малые хорошо бы, атамане, повыше поднять. Дальше стрелять будут.

— Не худо бы и мостки для больших ядер устроить, чтоб катались.

— И воду, воду б в бочонках на забороле поставить – пить.

После третьей кружки перекинулись на колдовство да молитвы. Тут уж Енко не очень-то скромно поведал, как чары чужие порушил.

— Нелегко было, да. Как бы сказал мой старый друг господин Штраубе – доннер веттер! Он, кстати, где?

— В поход дальний ушел. Ищем.

— Так вот, о заклятьях, – подвыпив, продолжал колдун. – Колдун ваш, Афанасий, сильно мне нынче помог, молитвы его мозги вражьи сковали, а тут и я…

— Я на зверюг не молил, – честно признался Афоня. – Так, победы испрашивал, в общем…

— Зверей я от колдовской власти увел, – Енко Малныче посмотрел на дьячка. – А ты, как я понимаю – вызвал ветер?

— Не, – покачал головой юноша. – И о ветре я не молил – говорю же, о ниспосланье победы!

— Значит, ваш бог сам во всем разобрался… – колдун задумался и продолжил уже куда тише: – Или кто-то другой.

На крыльце вдруг послышался топот, и в горницу, запыхаясь, вбежал Семка Короед.

— Во! – завидев парня, обрадовался кормщик. – Супружница-то моя что?

— С другим я делом, – молодой казак взволнованно отмахнулся. – Атамане! В море – паруса! Не наши… чужие!