Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
Так ведь может и узнать, а?! Иван улыбнулся, шрам погладил. В самом деле – чем черт не шутит? Бог не выдаст, свинья не съест – почему бы не пытаться? Чтоб вражинам поганым враз не до козней стало, чтоб об одном думали – шкуры свои спасти да унести поскорее ноги! Двадцать верст… стругам всего-то часа три-четыре ходу. А Митьке долететь – часа два. Вот сейчас отдохнет, рыбкой подкрепится… — Ой, нехорошо задумал, мой друг! – удивленно выкрикнул колдун. – Не долетишь, разобьешься! — А откуда ты… Ах! Иван тут же и расхохотался – забыл, что дружок его новый запросто чужие мысли читает. Особенно – такие, яркие. — Лучше я полечу, мой друг, я ведь легче, да и с драконом управляюсь лучше. — Хочешь пулю словить, друже? – резко перебил атаман. – Нет уж, полечу я. Сам там все слажу… Семка! — Да, господине! — Отца Амвросия позови, немца, Матвея, Михейку… Я к Насте загляну – и в амбар, к Митьке. Пусть все тоже туда идут. Ловя парусами ветер три доверху груженных струга спокойно шли на восток, встречь солнцу. Совсем немного уже оставалось до Троицкого острога, конец трудного пусти был уже близок, и казаки радостно шутили, переговаривались, смеялись. Словно бы домой возвращались, а не из дому… Так ведь и в самом деле – домой. Кормщик Кольша Огнев в нетерпении посматривал то на море, то в небо, ловя характерные приметы близкого берега – летящие низко над водой птицы, смытые отливом ветки да пожухлый камыш и всякий другой мусор. Силантий Андреев, вытянув сросшуюся ногу, сидел на корме головного струга и довольно щурился. Еще бы! Хорошо все прошло, славно – ясак Строгановым привезли, получили порох, пули, ядра, еще и два десятка пушек – полдюжины больших «тюфяков», две осанистые бомбарды, остальное – по мелочи: гаковницы, фальконеты. Соли везли несколько мешков, прямо с варницы, да сторговали на верфях еще один струг. Хоть и тяжело было управляться – с тремя-то, – одначе Силантий, помня строгий наказ атамана, людишек охочих набирать не стал. Да и, как вошли в устье Печоры-реки, казаков держал в строгости – мед-пиво пить не возбранял, однако – только на струге, ни в каких корчмах, упаси боже! Проговорятся еще о злате-то, у пьяного-то язык – что помело, мелет и мелет. Окромя самого важного – зелья порохового, огневых припасов, оружия да соли – еще везли на посадку рожь в больших плетеных корзинах, да семена – огурцы, капуста, морковь, репа, а еще – доброго немецкого сукна на кафтаны, да сапоги, да платки цветастые, шали – все девам в подарок, уж не забыли! И туда и вот сейчас – в обрат – хорошо шли, спокойно, правда пару раз попали в шторма, да вовремя укрылись в подходящей бухте, там непогоду и переждали – в общем, жаловаться грех, Господь от напастей уберег, миловал. По крайней мере, так всем казалось… Пока! Кольша Огнев поднял глаза в небо… прищурился… — Гля-кось, дядько Силантий! Летит кто-то. Силантий приложил ко лбу ладонь, хмыкнул: — Птица. Чи гагара, чи гусь. — Великовата для гагары-то, дядько! – недоверчиво покачав головою, кормщик крикнул казакам: – Эй, парни! А ну, гляньте-ка! Что скажете? — Не, не птица, – Кудеяр Ручеек, как самый глазастый, вмиг забрался на мачту. – Не птица… — Не птица? А что ж еще может лететь-то? — Забыл, куда плывем, дядюшко? – с подозрением вглядываясь вдаль, молодой казак закусил губу. |