Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— А тебя где носило, нуер худой? Двор не метен, посуда не вымыта? Совсем от рук отбился, дрянь мелкая, ну, погоди у меня, погоди – вскорости снова на цепь сядешь! Как только казаки скрылись в доме, толстяк взял в руки палку и ухитрился-таки ухватить парнишку за локоть: — А вот впредь будешь знать, как где ни попадя шастать! Вот тебе, вот! Получай! — Уу-у-у!!! – безуспешно пытаясь вырваться, громко закричал Нойко. – Вы ж, господин мой, сами меня с гостями послали, в проводники! Забыли, что ли? — Ах, ты ящер пустоголовый! Длинношей обделанный, трехрога загнивший хвост! Совсем страх потерял – меня за глупца держишь? Н-на!!! — Ой-ой-ой, хозяин! Не надо, больно же! — Вот и хорошо, что больно! То, что я тебя послал – помню. Так ведь не до утра же, пакостный ты гнилозуб, отрыжка трехрожья! Ох, горе мое, горе! Пока хозяин дубасил своего служку, казаки один за другим поднялись в опочивальню, зачем-то тут и там разгороженную циновками – может быть, корчмарь решил, что так гостям будет куда как приличнее спать. — Господи!!! – распахнув сундук, вдруг воскликнул Сиверов Костька. – А где же наши пищалицы? Сабли?! — Что, нету? – напрягся атаман. — Нету… нигде… — Случайно не оружие ваше ищете? – гулко прозвучал чей-то язвительный голос. И ту же, словно по команде, упали циновки… явив прятавшихся за ними воинов, числом поболее двух дюжин, с нацеленными на ватажников стрелами и копьями. Командовали воинами те самые два хмыря, что еще с утра так не понравились атаману! Мало того, в числе воинов казаки заметили и девок – тоже с луками, стрелами… Атаман тотчас же узнал свою ночную пассию: — И ты здесь?!! Вот ведь щучина! — Не дергайтесь – чревато! – потерев руки, спокойно заявил один из хмырей – с вытянутым лицом и горбатым носом, похоже, он и был тут за главного. – Утыкаем стрелами в один миг, можете не сомневаться! С тех пор, как Сертако-нэ покинула дом девичества, никто ее так вот, уважительно-ласково – «Сертако-нэ» – не звал, называли по-другому, презрительно-пренебрежительно – Сертако-нэ-я. А как еще называть худую, вечно виноватую наложницу, ту, что никак не могла понести, одарив господина сыном… или хотя бы дочерью. А Сертако ведь могла бы родить, вполне, да просто-напросто не хотела – ну, не от старого же облезлого трехрога, колдуна Еркатко Докромака, что, наконец-то излечившись от мужского бессилия заговоренной кровью молодых девственниц, вел себя, словно потливый нуер во время весеннего гона! Ах, старый похотливец, чтоб ты сдох, чтоб тень летучих драконов повелителя мертвецов Темуэде-ни поскорей коснулась тебя, Еркатко Докромак! Испортивший жизнь слишком многим вполне достоин вечной послесмертной муки! Сегодня был праздник, все жены и наложницы, по обычаю, были отпущены веселиться – конечно же не на всю ночь, как все, но все же и это надо было заслужить. Сертако, конечно, не заслужила, но на праздник сбежала – хоть какая-то радость за долгие унылые дни, да что там дни – годы! И вот там, в хороводе, вдруг показалось… Нет, не может быть, он же давно сгинул! И, тем не менее, тот высокий парень, что внезапно ожег Сертако-нэ-я взглядом, был так похож на сгинувшего изгоя Енко Малныче! Ах, Енко… Лучше бы тебе тогда отдалась, не прогнала, кулаком по лбу не треснула! Эх, кабы знать… |