Онлайн книга «Неистовый князь»
|
Лежащая под князем девчонка дергалась и стонала, и даже едва не расцарапала любовнику спину и грудь. Не со зла, а от нестерпимо нахлынувшей страсти! Ах, как она стонала… как изгибалась, как подавалась навстречу всем своим горячим лоном. Стонала, кричала, шептала, закатывая глаза: — Ах, князь, милый князь… — Сауле… милое Солнышко… Солнышко… Да, это была Солнышко. Не Ольга, нет. И не квартира в Питере – походный шатер в дремучих литовских лесах. Брошенная на землю кошма и горящий светильник – тепло… и хоть какой-то свет. Медные локоны, узкое красивое лицо, нежное, с шелковистой кожей, тело… Сауле! — Я знала, что ты явишься, князь, – погладив Даумантаса по груди, шепотом призналась дева. Кунигас ласково погладил Сауле по спине: — Это ты рассказала о нас монаху? — Брату Симеону? Да. Я просила его найти тебя. И позвать. — Как ты попалась Герденю? Солнышко повела плечиком: — Просто гостила у Тройната. Вернулась из Жемайтии. — За новым поручением? — Скорей, за наградой. Но и за новым – да… Э-эй! С тобой все в порядке? Кунигас вдруг побледнел. Понял, что не то и не так спрашивает. Совершенно не о том идет разговор… — Сауле! Я только что видел сон… — Знаю. Это был ты… и не ты… — Можешь объяснить? – Довмонт сверкнул стальным взором. – Ты же раньше говорила, что нет! — Теперь – могу, – тихонько засмеялась дева. – Я долго расспрашивала богов, молила. Ради тебя, между прочим. Да и так… просто хотелось разобраться самой. — Ну, не томи! – Игорь едва не взорвался гневом. – Говори же! Моя сестра Лаума, моя… невеста… они… — Они живы, – опустила ресницы жрица. – И будут жить. — Но… как же проклятье Миндовга? — Ты снимешь его. Уже снимаешь. Тем, что ты здесь… И ты – там. И они – там. — То есть подожди… – Игорь тряхнул головою. – Ты хочешь сказать, что там, в этом сне – это на самом деле? — Конечно, – девушка уселась на кошме, скрестив на груди руки. – Пока ты здесь, они будут жить… там… вместе с тобою… который тоже там. Ты искупляешь вину, понимаешь? Ты, который здесь. — Так я не могу вернуться? Никогда? — Только во сне. Пойми, ты там уже есть! — А здесь… – кунигас вздохнул с небывалой доселе грустью. – Здешний я – кто? — Твоя душа… и кусочек души князя. Сауле изъяснялась довольно путанно, но суть, главное, Игорь для себя уяснил. И это его, мягко говоря, не порадовало. Оставаться здесь, в теле первобытного литовского князя, на всю оставшуюся жизнь, без малейшей возможности выбраться – это было больно! Утешало лишь одно – таким образом Игорь-Довмонт искупал вину, снимал с близких страшное проклятье Миндовга. Но никоим образом в будущей радости не участвовал, оставаясь в подлом и гнусном средневековье. Навсегда… Навсегда… Навсегда! Жуть… — Ты все же встретишь ее, – одеваясь, неожиданно утешила Солнышко. – Свою прежнюю любовь, синеглазую деву. Князь дернулся: — Ольгу?! — Не знаю, как уж ее там зовут, – но встретишь, я это вижу, чувствую. Встретишь, узнаешь… и она узнает тебя! — Но как же… — Всё, князь. Больше ничего не могу сказать. Больше ничего не вижу. Засунув за пояс тонкий кинжал с узорчатой изящной рукоятью, юная жрица откинула полог шатра. Светало, и первые лучики солнца уже золотили высокие вершины сосен. Видневшееся невдалеке лесное озеро сияло холодной синью, в низинах серебрился иней. Князь простился с Сауле на развилке – жрица не захотела ехать в Псков, собираясь податься обратно в Жемайтию. |