Книга Золото галлов, страница 159 – Андрей Посняков

У двух источников, что били из земли неподалеку, за ельником, как и всегда толпились люди – что-то испрашивали, молили богов о здоровье своим и близким. Завидев друида и благородного воина, простолюдины поспешно ушли. Гарданий довольно улыбнулся – успеют еще, намолятся. А от этого, сразу видно, много чего повидавшего, человека может и что-нибудь перепасть. Глядишь, и замолвит словечко перед самим верховным вождем – новому друиду он явно не помешает.

— Идемте, идемте, – обернувшись, жрец призывно махнул рукой неспешно идущим по тропинке гостям и осклабился.

— Ну и рожа, – шепотом пробормотал Летагон. – До чего же гнусная!

— Вот и славно, – Беторикс негромко хохотнул, нацепив на лицо самую радушную и почтительную улыбку. – Если Веснушка всю правду про него рассказал… значит, мы возьмем быка за рога сразу!

— Какого еще быка?

— Ладно, не парься.

— Париться? Но… мне вовсе не жарко.

Опустившись на колени перед источниками, путники долго молились, потом – опять же, со всем почтением – слушали жреца, к которому и напросились на ночлег и на ужин. Ушлый социолог Виталий так ловко беседу повернул, что молодому друиду ничего другого и не оставалось.

— Ты, уважаемый, не переживай, – успокаивал по пути к хижине Беторикс. – Мы за постой заплатим – серебро у нас есть, да и золотишко найдется.

Да уж, и золото, и серебро у беглецов еще оставалось… Но о-очень и о-очень мало. Кстати, довольно крупную сумму дала на дорогу Луция. Не только ведь попрощаться приезжала.

— А хоромы-то у тебя не царские! – едва не стукнувшись лбом о притолочину, ехидно промолвил гость.

— Ась? – тут же обернулся друид.

— Говорю – места маловато! Да и вообще, не пристало столь уважаемому человеку, как ты, о, славный друид, жить в такой убогой хижине. Это ж не тебе позор, а – самим богам. Страшно подумать!

— Ты словно мои мысли читаешь, уважаемый Кардомог. Чистый позор принимать в такой хижине столь благороднейшего человека. Вот, садись на лавку… Сейчас покличу служанку. Эй, Гребия! Где ты запропастилась… Ах, бездельница старая… выгнать бы тебя.

— Так выгони, благороднейший, – усаживаясь, посоветовал Галльский Вепрь. – И возьми помоложе да покрасивше.

— Ага, возьми… Где только взять-то? Пленных, ты сам знаешь, принято богам отдавать, а купить… – Гарданий вздохнул. – Может, и куплю. Чуть позже. Тем более, Гребия – кухарка отличная.

— А, ну если так… В сарай, слуге моему, пусть тоже поесть принесет.

— Принесет, не переживай, благороднейший. Так, говоришь, конь твой в болоте утоп?

— Там… богам остался.

Стараясь не замазаться сажей от очага, Виталий развязал заплечный мешок, вытащив оттуда целую горсть сестерциев.

— Вот тебе, уважаемый, за постой… Римскими монетами, надеюсь, не брезгуешь?

— От благородного человека – любые деньги приму, – смиренно произнес друид. – Ты не думай, уважаемый, я ведь не так просто у тебя серебришко это беру. В долг. Сейчас и расписку напишу. Сейчас…

— Да уж не надо!

— Нет, все-таки… Так уж положено среди нас, благородных.

Проворно достав откуда-то небольшой кусочек пергамента, гусиное перо и чернильницу с разведенной сажей, жрец ловко – видать, сказывался большой в подобных делах опыт – накидал греческими буквицами расписку, которую, приосанившись, торжественно вручил гостю: