Книга Вещий князь: Сын ярла. Первый поход. Из варяг в хазары. Черный престол, страница 563 – Андрей Посняков

Костер на дожде не очень-то хотел разжигаться, и слугам пришлось приложить немало усилий, прежде чем поднялись к небу первые языки пламени. Он был нужен, костер – раскалить орудия пыток, заботливо разложенные Трюмом на старом пне и накрытые от дождя рогожкой, в пламени же впоследствии должны были сгореть жертвы… вернее, то, что от них останется. Правда, головы Лейв намеревался оставить здесь, в капище, насадив на специально приготовленные колья. Организовывая кровавое жертвоприношение, Копытная Лужа вовсе не боялся гнева друида. Ведь, в конце-то концов, эти три девки оказались здесь чисто случайно. Дирмунд о них не знает и, естественно, никакого распоряжения на их счет не давал. Потому и Лейв может поступать, как захочет. А он захотел жертв.

Вокруг идолов, сохраняя молчание, толпились все – воины, отроки, слуги. Не было только парней-волхвов, Лейв счел их слишком циничными для столь торжественного момента – и где только князь откопал таких тварей? Вот и оставили их в остроге – нужно ведь хоть кому-то нести караульную службу.

Высморкавшись в ладонь, Копытная Лужа, с радостью чувствуя на себе почтительные взгляды присутствующих, подошел к пню и, откинув рогожку, задумчиво взглянул на орудия пыток. Металлические скребки для снятия кожи, вертела, реберные крюки, воронки, ножи самых разных видов, щипчики для вытягивания жил… Поразмыслив, Лейв выбрал узкий кривой кинжал, засунул его за пояс, а щипчики передал подскочившему Грюму – накалить на углях – и медленно, наслаждаясь нахлынувшим вдруг с какой-то особенной силой ощущением безграничной власти, направился к безликому идолу. Вернее, к девушке, распластанной перед ним… Постоял немного, глядя на нее, и нахмурился. В синих глазах девчонки не было никакого страха, одно презрение и вызов… нет, даже лукавство!

Резким движением руки Копытная Лужа разорвал на девчонке рубаху, обнажив грудь.

— Сначала я отрежу тебе соски, – тихо произнес он, глядя прямо в глаза Ладиславе, и та вздрогнула от его змеиного взгляда. – Потом вырву язык и начну тянуть жилы… Это больно, очень больно, невыносимо. Ты будешь орать, извиваться, корчиться в судорогах, глядя на мучения своих подруг, ведь они твои подруги, верно? А затем ты будешь умирать, долго и страшно, пока сама смерть не покажется тебе избавлением.

Лейв с наслаждением увидел, как губы девушки чуть шевельнулись.

— Ты что-то хочешь сказать мне? Говори, но поспеши – скоро щипцы накалятся.

— Я хочу… – пряча надежду в глазах, слабо улыбнулась девчонка. – Хочу перед смертью отдаться тебе!

— Отдаться мне?! – Лейв неожиданно расхохотался. Он давно уже не интересовался девушками. – Отдаться, чтоб погубить меня? Не выйдет, ведьма!

Он отвернулся.

— Постой, князь! – в отчаянии воскликнула девушка. Князь? Лейв довольно обернулся.

— Я должна отдаться тебе, прежде, чем умереть, – тихо произнесла Ладислава. – Об этом говорят линии на моей руке, как и то, что ты скоро станешь князем.

— Стану князем? – заинтересовался Копытная Лужа. – Говоришь, линии… Эй, отойдите-ка подальше, не толпитесь! Во-он туда, к лесу… Я сказал – к лесу! Ну вот, так-то лучше будет… Какие линии? На какой руке?

— На правой. Посмотри сам, князь.

Лейв завороженно освободил от пут правую руку девушки.

— Чего он там возится? – стоя у частокола, забеспокоился Ильман Карась. – Пойти посмотреть?