Онлайн книга «Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах»
|
Зарычав, друид растопырил пальцы и бросился на ярла. Ударом кулака тот отправил жреца к стенке: — Ну, хватит прыгать… Ты все еще думаешь, что тебе помогут твои боги? Напрасно… Хельги обернулся к Никифору, что-то спросил, кивнул довольно и громко сказал: — Входите же сюда, уважаемые, не толпитесь у стен. В сумрачное помещение жертвенника вошли седобородые старцы. — Узнал их, друид? – обернулся ярл. – Это хранители законов – брегоны. Что ты закрываешь лицо? Они тебя хорошо помнят. — Ты хотя бы поздоровался с нами, Форгайл, – подойдя к жрецу, покачал головой один из них. – Помнится, когда-то ты выглядел гораздо лучше. И в самом деле, поверженный друид представлял собой жалкое зрелище – грязный, в мокром плаще, с непропорционально большой головой на тщедушном теле – он был силен лишь милостью кровавых богов, увы, отвернувшихся от неудачника. — Конхобар, – жрец быстро подполз к Ирландцу, – помоги мне, скажи, что все не так… Ты же был когда-то моим лучшим учеником… — Да, был, – цинично усмехнулся Ирландец. – Но тогда ты был в силе, а сейчас ослаб. А я, как и боги, не люблю неудачников. — Как он тщедушен и мерзок, – на ухо Никифору прошептал Дивьян. – Я думал, нам придется сражаться с великим воином, а тут… — Змея тоже мала, но приносит немало бед, – покачал головой монах. – Пока у нее не вырвут жала. А без яда она – слабый никчемный червяк. — Так мы вырвали жало? — Похоже, что так. Стоя на четвереньках, униженный и опозоренный, друид нащупал рукою нож. Нет, он больше не собирался бросаться на Хельги или кого-нибудь из воинов – слишком уж те были сильны… о, нет, совсем не это теперь было ему надо. Мальчик! Вот тот пастушок, что, уже развязанный, стоит рядом с жертвенником и с любопытством вертит головой. Подползти ближе, резко вскочить, полоснуть по горлу, так чтобы кровь оросила жертвенник… Тогда, может быть, Кром и поможет… Впрочем, это последняя надежда… С жутким воплем друид вскочил на ноги и бросился на пастушка. Никто и среагировать не смог. И Хельги почувствовал, что стоит слишком уж далеко, что не успеет… Выхватив меч, он метнул его, как кинжал, и разящее лезвие вонзилось в спину друиду. Звякнув, упал на жертвенник нож, и черная душа Форгайла Козла навсегда покинула землю. Тело друида тяжело повалилось на жертвенник, оросив серые камни кровью – тягучей и черной. Кажется, Кром мог быть доволен хотя бы и этим… «У тебя хороший меч, Хельги, – прозвучал в голове ярла голос давно умершего учителя Велунда. – И ты метнул его так, как надо…» — Что делать с камнем, ярл? – Ирландец тронул князя за рукав туники. — Мы отдадим его монахам в здешний монастырь, – улыбнулся Хельги. – В конце концов, это же символ Ирландии, а не Руси! А тебе, Конхобар, следует думать не об этом странном камне, а о радимичах. Слишком уж у них неспокойно. — Думаю, там мутят воду сбежавшие из Новгорода волхвы, – усмехнулся Ирландец. – Ничего, вернемся домой – разберемся. Мерянский князь Ксан обещал всяческую помощь. Покинув развалины дворца, все вышли наружу, оставив на жертвеннике мертвое тело друида. Как с ним поступить, брегоны еще не решили. На замшелом камне у синих кустов вереска, улыбаясь, сидел Вятша. У ног его лежала туша пронзенного стрелою волка… Шерсть зверя опадала, морда становилась плоской, вытягивались вперед лапы… Умирая, оборотень-волкодлак обретал человеческий облик… |