Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 254 – Андрей Посняков

Хельги не мог спорить с Хаскульдом. Видел, что тот будет глух к любым доводам рассудка. Как же – кто Хаскульд, и кто Хельги? Величины несопоставимые. Хаскульд, Аскольд, киевский князь, в очередной раз ведет свое войско на заносчивую и богатую Империю ромеев, а Хельги – варяжский ярл, искатель наживы, каких много в Норвегии или Дании, – лишь присутствует, взятый в поход из милости, с северной своею дружиной. Хельги-ярл остро чувствовал это – и знал, что не мог не пойти. Слишком многое было обещано новгородской дружине, боярам, купцам. А обещанное следует выполнять, каким бы трудным и невозможным то ни казалось! Потому и стоял сейчас Хельги под стенами Константинополя, и гибла его дружина, делая все, что возможно, для общей победы русов.

Троекратный гром больших барабанов раздался над Золотым Рогом! Затрубили рога, и над бухтой пронесся горячий ветер. Хельги оглянулся на ладьи и нахмурился.

— Брат мой, наш флот в опасности, – повернулся он к Хаскульду.

— Не вижу никакой опасности, – буркнул тот. – Этим самонадеянным глупцам ромеям скоро будет не до нашего флота.

— Самонадеянным глупцам… – скептически повторил Хельги, и по глазам его было видно, кого он считает на самом деле глупцом. – Кто командует ладьями, мой князь?

— Боярин Мистислав, человек преданнейший и верный.

— Ты доверил командовать флотом не викингу? – удивленно воскликнул ярл. – Но как же?..

— Да, честно говоря, от Мистислава на суше толку было бы больше, – согласно кивнул Хаскульд, глядя на бегущие к стенам фигурки, и вдруг усмехнулся: – Хочешь, ты командуй флотом, ярл!

Хельги зло рассмеялся:

— Если только там еще возможно хоть что-нибудь сделать!

Потребовав коня, он вскочил в седло и помчался к бухте. Так и не получивший конкретного приказа, Дивьян пожал плечами и припустил вслед за князем. В конце концов именно там, в ладьях, и находилась большая часть младшей дружины.

Многочисленные ладьи покачивались на волнах перед бухтой. В бирюзовых водах отражалось палево-голубое небо. Низко кружились небольшие стремительные птицы.

— Жарко. – Сняв шлем, белоголовый Лашк зачерпнул воды, вылил на себя, на голову и обтянутые кольчугой плечи. Оглянувшись на Снорри, взялся за весло.

— Кажется, я слышал сигнал, – сказал Снорри. – Что-то медлит наш Мистислав-конунг… Что ж, подождем.

На крайней ладье – ладье боярина Мистислава – подняли весла. Снорри дал знак своим.

— Кто это там скачет? – Поднимая тяжелое весло, Лашк скосил глаза на берег.

Посмотрев туда же, Снорри узрел одинокого всадника в темно-голубом развевающемся плаще. Всадник нахлестывал коня. Кольчуга и шлем серебрились на солнце.

— Ярл! – улыбнулся викинг. – Кажется, это наш князь, Хельги!

Все ладьи уже двинулись в бухту, выстраиваясь плотными рядами возле цепи; Снорри дал знак подождать. Ладожские суда застыли.

— Что такое? – забеспокоился боярин Мистислав. – Как они посмели не подчиниться? Ерем, выясни!

Боярин ткнул носком сапога молодого холопа, и тот, скинув рубаху, проворно нырнул в воду.

На ладье Снорри во все глаза следили за быстро приближающимся ярлом. Темно-голубой плащ уже промелькнул совсем рядом, за оливами.

— Кажется, за ярлом кто-то бежит, – Лашк всмотрелся в берег. – Ну да, бежит – и как быстро!

Ага, запнулся… Во-он как покатился с горы! Наверное, сломает шею… Нет, вроде не сломал. Шевелится… Ха! Да это ж Дивьян!