Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 208 – Андрей Посняков

Проследить бы за вражьими мордами, да, видно, уплыли давно морды те, не догонишь. К тому же его-то челнок старенький, у деда Нехряя-перевозчика выпрошенный, на дно пустили. Ух, собаки!

Осторожно оглядевшись – похоже, змей уже не было, – Дивьян медленно подтянул к животу ноги и продел их сквозь связанные за спиной руки, так чтобы те оказались впереди. Скосил глаза – нет, вроде никто рядом не ползал. Перебирая связанными ногатой, подобрался к нависающим корням, уцепился… И еле успел отдернуть руки от метнувшейся черной тени. Ишь ты, не разглядел змейку! Едва ведь не цапнула… Ну, что шипишь? Давай, ползи, ползи отсюда…

Дождавшись, когда змея уползет, юноша уцепился-таки за корень, подтянулся, выбрался на поверхность… и замер. Рядом с ним, напротив черных замшелых идолов, висело на корявой ветке сосны обезглавленное тело. Светловолосая голова была насажена на свежевкопан-ный кол прямо перед идолами. Папоротники кругом были забрызганы кровью. Дивьян передернул плечами – а ведь и он мог бы закончить так свои дни. Хорошо – толкнули в яму. Он огляделся и вздрогнул – на стволе сосны, обращенном в сторону идолом, на освобожденном от коры сколе кровавились две зигзагообразные руны – благодаря Ладе-чиже отрок даже знал, как они называются, – «Сиг»! Но кто их тут вырезал? Снова варяги? Что-то не очень-то походили на них схватившие Дивьяна парни. А может, они из той же компании, что и схваченный Олисей-Онгуз? Надо поспешать и поскорее рассказать все князю, он умный, сообразит… Юноша бросился вниз по тропе… и вдруг, схватившись за голову, тяжело осел на землю. В глазах потемнело, на затылке снова выступила запекшаяся было кровь. Теряя сознание, Дивьян привалился к поваленному стволу ели…

— Я бы не очень-то доверял его словам, – поднялся с лавки Конхобар Ирландец. Узкое сухое лицо его выражало озабоченность. – Слишком уж легко он согласился сотрудничать с нами.

— А куда ему было деться? – усмехнулся ладожский ярл. – Я думаю, ожидая смерти, он просто-напросто выбрал жизнь.

— Вот это-то меня и беспокоит, – Ирландец почесал подбородок. – Слишком уж быстро.

— Никто нас не заставляет полностью доверяться ему, – пожал плечами Хельги. – Нужно лишь использовать его… лишь использовать… Он ведь неплохо знает новгородских кудесников и вполне может быть связующим звеном между ними и нами. Эти волхвы… Они вовсе не так глупы, как показались на тризне. Сделать так, чтоб меня поразил кто-то из дружины, посеять недоверие и рознь – совсем неплохо придумано.

— Этот Олисей-Онгуз может оказаться не единственным, – хмуро заметил Конхобар.

— Может, – ярл согласно кивнул. – Поэтому я и хочу оставить тебя в Ладоге. Проследишь.

Поклонившись, Ирландец покинул покои ярла.

Спустившись немного погодя во двор, Хельги велел седлать коня. Вот-вот должен был явиться Акинфий – ославянившийся ромей-архитектор, с коим нужно было завершить все прикидки насчет новой надвратной башни и новой, возможно даже каменной, крепости. Ага, вот он, в воротах – белолицый, мускулистый, подтянутый, в нарядной зеленой тунике и легком плаще тусклого багрянца. Завидев спустившегося с крыльца ярла, зодчий поклонился, приложив руку к груди:

— Рад приветствовать тебя, князь!

— И я рад тебя видеть, Акинфий. Велю, чтобы подали тебе лошадь.