Книга Щит на вратах, страница 65 – Андрей Посняков

Оглядевшись по сторонам, Матиас взобрался на старый дуб, росший напротив дома Морзов, двухэтажного, с красной крышей, двумя гаражами и садом — ничего особенного, обычный дом, каких много. Вон, прямо рядом, такой же — разве что окна другие и вход без ступенек. Ярко горели фонари, и Матиас, увидав внизу медленно едущий «опель», затих в гуще ветвей. Никогда, никогда он не полез бы сюда, рискуя свалиться или, того хуже, быть замеченным кем-либо. Никогда — если бы не голос. Он, этот чертов голос, уговорил взять с собой камеру с хорошим зумом, прийти поздним вечером сюда, сказав матери, что уходит в театр, на «Вишневый сад». Впрочем, матери, похоже, было все равно, как и отчиму. Как всегда, все как всегда… Никому и никогда не было до проблем Матиаса Шенна ровно никакого дела, разве что вот теперь — голосу. Спасибо, хоть он есть…

— Пожалуйста, — тут же усмехнулся голос. — Ну, что ж ты остановился? Лезь выше!

— Так ведь свалюсь!

— Не свалишься. Во-он, слева вполне подходящий сук. С виду — надежный.

— Вот именно — с виду, — буркнул Матиас, с тяжелым вздохом выполнив указание. И правда, сук оказался вполне удобен — Матиас привязался к стволу взятой с собой веревкой и посмотрел вниз — вряд ли кто заметит его сквозь переплетенье еще не до конца потерявших листву ветвей.

— Ну, чего ждешь? Настраивай камеру.

Матиас так и сделал. Провел далеко выдвинувшимся объективом по окнам. Гостиная, зал, кажется, кабинет — нет, не интересно… А где же ванная? Наверное, с другой стороны. Жаль… Ага… судя по плакатам и музыкальной аппаратуре — комната Лиззи. Большое зеркало у стены, прямо напротив окна. А вот и сама хозяйка, одета вполне по-домашнему — маечка и красные спортивные шортики. Матиас сглотнул слюну и сделал первый кадр. А что, если она выключит свет?

— Не выключит, — успокоил голос. — Лишь чуть приглушит.

И правда, Лиззи подошла к выключателю, выключила верхний свет, лишь приглушенно-палево горело бра. Девчонка нагнулась — видно, включила музыку, — подошла к зеркалу, покачиваясь, провела ладонями по животу, затем медленно-медленно стащила через голову маечку, смеясь, крутнулась вокруг, стреляя глазами. Сбросила шорты, под которыми ничего не было, нырнула в темноту — жаль, слишком быстро, — снова метнулась к зеркалу, уже в купальнике, узеньком, синем, с экзотическими цветами и рыбками. Еще покрутилась, показала сама себе язык, спустила с плеч бретельки. Расстегнув застежку, картинно отбросила лифчик и застыла в «роковой» позе. Потом вдруг засмеялась, закрыла лицо руками, отошла в темноту, а вернулась уже в ослепительно белой блузке и таких же трусиках.

— Ты говорил, я сделаю с ней все, что хочу. Когда? — облизывая губы, поинтересовался Матиас, следя за тем, как юная красотка меряет очередное платье.

— Не спеши, друг мой, помни, спешка сгубила многих, — назидательно молвил голос и добавил уже строже: — Ты слишком разговорился с тем полицейским. Так что пока только смотри и снимай. Тем приятнее будет дальнейшее. Не переживай, никуда она от тебя не денется!

Еще немного покрутившись перед зеркалом, Лиззи сбросила очередное платье и, надев пижаму, нырнула под одеяло. Бра погасло. Убрав камеру в карман, Матиас отвязал веревку и, осторожно спустившись на землю, поплелся домой. Проклятый голос!