Книга Щит на вратах, страница 115 – Андрей Посняков

— Неарх! Сириец!

— Тьфу ты, черт! Болгарин! — отозвались за спиною. — Чуть не всадил тебе кинжал в спину. Хорошо — позвал.

— Здесь вчера выводили дев?

— Да. А почему ты спрашиваешь?

— Бровастый чиновник, выбритый до синевы?

Неарх усмехнулся.

— Уж, не знаю, выбрит ли он, не разглядел, а брови точно увидел. Так что с девками?

— Их уводят неизвестно куда. Потом — мальчиков… Ты полагаешь, до нас здесь не было стражей?

— Понял тебя, — шепнул Неарх. — Я и сам уже размышлял об этом. Мне еще раньше кое-что показалось подозрительным. Там многие сражались не хуже, чем мы, однако выбрали нас — а что у нас общего, кроме умения драться?

— Оба — перекати-поле.

— Верно! Если что, никто не спросит, сгинули и сгинули. Удобные мы с тобой люди. Не разрешили кольчуги, а ведь они явно не помешали бы и в городе, и здесь.

— Не помешали бы нам…

— Но могли помешать кому-то… Черт побери! Я утром наблюдал, как привратник сбивает с яблонь оставшиеся плоды… У него все ухватки лучника! Хорошего лучника, уж поверь мне. Что же, сваливаем уже сейчас? Я, правда, рассчитывал заработать.

— Ты полагаешь, они нам заплатят? — усмехнулся князь. — Уходим.

— Хозяин — влиятельный человек. Нас будут искать…

— Их право.

— Могу взять тебя с собой, Болгарин, — неожиданно предложил Неарх. — Доберемся до Антиохии, а там…

— Что там? Пристать к еретикам? Но Тефрика вот-вот падет под ударами Христофора.

— Кроме еретиков, есть еще Махди, Али ибн Мухаммад, поднявший восстание против халифа. К нему примкнули не одни только зинджи. Там нужны хорошие воины! Черт побери, такие, как мы!

Князь усмехнулся.

— Поверь, с удовольствием бы отправился с тобой, Сириец… но у меня здесь свои дела.

— Признаюсь, ждал такого ответа, — кивнул Неарх. — Ты вовсе не похож на увальня из провинции, совсем не похож. Слишком умен. И голос у тебя уж больно властный. Тсс! Слышишь шаги?

Оба тут же упали на землю, увидев, как прошелся по двору привратник Навриз. Посмотрел куда-то, словно бы принюхался, — здесь не держали собак, оба — эпарх и его помощник — терпеть не могли псов. Быть может, за их верность?

— Там на крыше есть хорошее местечко для засады. Утром очень удобно всадить в нас по хорошей стреле. — Сириец приподнялся. — Я когда-то хорошо лазал по деревьям… Отвлеки его.

Не говоря ни слова, Хельги откатился в сторону, немного прополз.

— Что ищешь, уважаемый?

Навриз встрепенулся.

— Ты как злой дух… Все в порядке?

— В порядке.

— Ну, сторожи, сторожи. Я доложу хозяину.

Он скрылся в доме. Князь замер в ожидании. Светало. Времени оставалось мало.

— Ну, все. — Сириец приземлился на ноги мягко, как кошка. Вытер об желтую траву окровавленное лезвие кинжала. — А у него на крыше уже и лук был приготовлен, и стрелы. Странные такие наконечники, кажется отравленные. Ну что, идем? Или потрясем хозяев?

— Нет времени.

— Ты прав.

— Погоди, я сейчас… — Хельги на цыпочках пробрался в дом, гадая, попадется ли ему на пути Филофей. Нет, не попался, его счастье. Князь толкнул ногой дверь.

— Агния!

Двое воинов и девушка покинули зловещий особняк и что есть духу припустили прочь, пока не выбрались к стене Константина. Вслед им лаяли собачки, а где-то совсем рядом, на улицах, уже призывно кричали лепешечники и водоносы. Начинался день.

— Ну, мне в гавань Феодосия, — прощаясь, усмехнулся сириец и посмотрел на девушку: — Тебе куда, черноглазка?