Книга Зов Чернобога, страница 52 – Андрей Посняков

Напевая незатейливую мелодию, Инга прошла поляной, скосив глаза, увидела, как возятся под спальником Игорь с Мариной, усмехнулась — напугать, что ли, их? — покачала головой и, ускорив шаг, направилась дальше, к дороге.

Вечер был тихий, спокойный, за лесом неспешно клонилось к закату солнце. Выбравшись сквозь травяные заросли на обочину, Инга остановилась и тихонечко засмеялась — тоненькая фигурка ее в белых бриджах и светло-голубой джинсовой рубашечке отбрасывала в лучах заходящего солнца длинную смешную тень. Посмеявшись, Инга взъерошила волосы, приставила к носу ладони — ну, вылитый Буратино! Как там, в песне?

— Кто очень скоро будет тут? Скажите, как его зовут?

— Бу-ра-ти-но — прокричав по слогам, захлопал в ладоши неизвестно откуда объявившийся Михаил.

— Ой — смутилась Инга. — Как ты незаметно подобрался! А мотоцикл где?

— Там, у столба, — с улыбкой кивнул парень, На нем была все та же желтая рубашка с короткими рукавами, джинсы, на левой руке — повязка.

— Укус крылатого змея?

— Напрасно ты смеешься, — обиделся новый Ингин знакомец. — Я уж думал, все, кирдык. И вообще, помнится, еще в детстве бабка моя что-то такое про летучих гадов рассказывала. Даже молитвы да заговоры знала.

— Что ж ты к ней не пошел, заговорить?

— Так не здесь она сейчас, в больнице, в Шуг-озере.

— А, — засунув руки в карманы, протянула девушка. — Болеет?

— Артроз, — махнул рукой Михаил. — Одно слово — старость.

Они подошли к мотоциклу. Усевшись на сиденье, Михаил положил руки на руль и кивнул:

— Садись, покатаемся. В клуб рано еще.

— Вот как? — Инга уселась позади юноши. — А укушенная рука тебе не помешает? И куда мы поедем?

— Увидишь, — загадочно улыбнулся Михаил. — Но ты точно не пожалеешь.

Он запустил двигатель и погнал мотоцикл в сторону той деревни, куда уходили в поисках магазина Игорь с Мариной. Быстро пролетели мимо низкие деревянные домики, скамейки, автобусная остановка с остатками кострища и настенными росписями. Вскоре асфальт кончился, затрясло, и Инга крепче прижалась к парню. Тот обернулся, подмигнул и, снизив скорость, свернул на лесную дорогу. Миновав ельник и березовую рощицу, они выехали на невысокий холм, поросший васильково-желтой травой. Внизу, у подножья холма, виднелось асфальтированное шоссе, а еще ниже — широкая ложбина с маленькими, разбросанными вдоль проселочных дорог домиками, блестевшей на солнце рекой и далеким, покрытым синеватой дымкой лесом. Михаил остановил мотоцикл и горделиво обернулся — ну как, мол?

— И в самом деле, красиво! — Слезая с сиденья, Инга незаметно расстегнула на рубашке несколько пуговиц.

— Ты тоже очень красивая, — положив мотоцикл в траву, признался Михаил.

Инга усмехнулась:

— Да ну тебя.

— Нет, правда!

Юноша подошел к ней ближе, положил руки на талию, обнял.

— Можно я тебя поцелую? — как-то несмело попросил он.

— А если я скажу, что нельзя? — лукаво подняла брови Инга.

— Все равно поцелую. — Михаил приник губами к жарким девичьим губам. Инга не сопротивлялась, наоборот, еще непонятно было, кто кого целовал…

— Здорово. — Тяжело дыша, девушка откинула голову, чувствуя, как, словно в омуте, тонет в синих глазах парня. Руки Михаила между тем уже залезли к ней под рубашку и нежно гладили талию, спину, живот… Вот уже расстегнута последняя пуговица, обнажена грудь, маленькая, с упругими темно-розовыми сосками, а вот и сброшенная рубашка полетела в цветы иван-чая, а за нею — и бриджи, и оранжевые, купленные в недешевом бутике, стринги.