Онлайн книга «Властелин Руси»
|
— Фриддлейв, — базилевс обернулся к варангу, — надежны ли наши полки? — Наши — надежны, — коверкая слова — так и не научился правильно выговаривать, за столько-то лет! — поклонился начальник дворцовой стражи. Нехорошо поклонился, небрежно, словно бы одолжение сделал. Гордый, как все варанги… Интересно, а был бы у него на родине такой шикарный дом с бассейном и садом, вилла, рабы, прислуга, было бы столько молодых и красивых наложниц? Михаил усмехнулся — вряд ли… — Императрица желает видеть тебя за обедом. — Слово императрицы — закон для меня, — снова поклонился варанг. — Как и твое слово, повелитель! — Что там за паруса на горизонте? — озабоченно спросил император. — Неужели это тот самый флот варварского князя Дира, о котором предупреждали соглядатаи? Может быть, стоит с ними помириться… если назначенный выкуп не будет слишком большим. — О, вот поистине слова мудрейшего! — хором подхватили придворные. Естественно, синклит такой войны не хотел. Одно дело — самим наносить удары где-нибудь в Малой Азии, Эпире, Африке, и совсем другое — видеть под своими стенами этих гнусных варваров — русов. Беспокоиться о фемах, о зависимых крестьянах, о виллах… Нет, варвары сильны — тем более к ним пришло подкрепление — пожалуй, лучше откупиться, как уже не раз бывало. — Большую часть выкупа можно возложить на плечи сирийских купцов, — промурлыкал кто-то из синклита. Ну, конечно, — Никодим Иллирик, у кого еще такой мерзкий голос? — Да-да, на сирийцев, — поддержали его остальные, правда, не все. — Почему именно на сирийцев? — удивился базилевс. — Потому что их слишком много! — Так ведь и армян не меньше, и фракийцев, и анатолийцев, и евреев! — Базилевс, сирийцы богаче! — Ага, богаче! Просто они Никодиму дорожку перебежали со своей торговлишкой! — Постыдился бы говорить такое при базилевсе, пес! — Кто пес? Я пес? — Цыц! — Император оглянулся на Фриддлейва, и тот еле заметно кивнул. Его воины, как всегда, были готовы разнять любую свару. Что-то вспомнив, базилевс жестом руки отослал в сторону членов синклита и подозвал Фотия: — Отче, наши враги опять клевещут на нашего друга Льва, прозванного Математиком. — Не может быть! — возмутился патриарх. — Только вчера я имел с ним беседу в Магнавре! Это очень удачная мысль, великий базилевс, — разместить университет во дворце. Теперь все умнейшие юноши империи стремятся попасть сюда, и ты сам знаешь, что не последняя роль в этом принадлежит нашему другу Льву. — Я-то знаю, — кивнул Михаил. — Но ведь клевещут монахи. Обвиняют Математика в чародействе, язычестве, еще черт знает в чем! — Не верь ни одному их слову, базилевс! — неожиданно твердо заявил Фотий. — Тебе ль не знать Математика? — Да, я знаю… Говорят, он когда-то был другом опального Константина Дреза? — Базилевс, о Дрезе уже никто давно не вспоминает, а что касается доносов… Они вдвоем — молодой император Михаил Исавр и патриарх Фотий — медленно спускались по узкой лестнице, беседуя о важных, как им казалось, вещах: о философии, об университете, о стихах Касии… Фотий даже прочел несколько строк в защиту Льва Математика: Дари любовь любящему другу, Но не дари напрасно любви неучу… Стремись ты к другу умному, Как к золота мошне, От глупого ж, напротив, беги, как от змеи! |