Книга Властелин Руси, страница 102 – Андрей Посняков

Записав в журнал показания приборов, Марина осторожно поправила под головой больного подушку. На миг показалось — веки Игоря дрогнули, вот-вот — и пациент откроет глаза… Левкина вздохнула. Интересно, очнется он вообще хоть когда-нибудь? Доктор Норденшельд считал, что да, только вот когда — неизвестно. И в самом деле — интереснейший случай.

Медсестра подошла к окну — задернуть штору — и вдруг заметила проскользнувшую по заснеженному больничному саду стремительную серую тень. Бродячая собака? И кто их тут прикармливает?

Выполнив все назначенные больным процедуры, Марина спустилась в холл, улыбнулась накачанному охраннику, Максу. Вот вам, пожалуйста, идеал мужчины — симпатичен, умен и, главное, верен. Верен своей молодой жене.

Увидев ее, Макс поднялся с кресла:

— Попьем кофе?

— Конечно, — засмеялась Марина. — Я угощу тебя настоящими русскими пирогами — мать испекла.

— Ого! — Охранник потер руки. — Тогда я побежал за водой.

Прихватив пластмассовый чайник, он загромыхал каблуками по лестнице.

Марина уселась в вертящееся кресло охраны, крутнулась, сильно оттолкнувшись ногами… и вдруг похолодела. Прямо за широкими стеклянными дверями сидел средних размеров волк — желтовато-пегий, с большой лобастою головой, и, злобно рыча, не отрываясь смотрел на нее.

— Мама! — почему-то испугавшись, тихо произнесла медсестра и обернулась — позвать Макса. Впрочем, он и сам уже возвращался — стучали каблуки по ступенькам. Марина снова посмотрела на дверь — никого.

— А вот и водичка! — Охранник поставил чайник на стол.

— Ты чего так долго, Макс?

— Да, понимаешь, показалось, будто по двору ходит кто-то. Посмотрел — вроде нет. Ты ничего не видела?

— Видела, — усмехнулась Левкина. — Волка. Только что тут сидел, у входа. На меня пялился.

— Так это, наверное, не волк был! — расхохотался Макс и, посерьезнев, предложил: — Давай пройдемся, посмотрим. Ты по палатам, я — по рекреациям и коридорам.

— Давай, — согласилась Марина. — Все равно ждать, пока чайник вскипит.

Они вместе поднялись на второй этаж, Макс приглушил свет в коридоре — чтоб не бликовал в стеклах. Открыв дверь, Марина зашла в крайнюю палату — решила начать с нее. Русский музыкант по-прежнему лежал без движения — ну, а чего еще-то можно было ожидать? За окном ярко светила луна. В саду никого не было. Никакого волка!

Пожав плечами, Марина уже хотела выйти из палаты, как вдруг услышала какой-то скрежет, словно бы кто-то карабкался к подоконнику. Быстро спрятавшись в простенке, медсестра осторожно оттянула штору и ахнула. Прямо на нее, уцепившись за подоконник, смотрел молодой черноволосый парень, подросток, почему-то абсолютно голый.

Густой черный дым поднимался в небо, повсюду слышались крики воинов — лезущих на стены по высоким лестницам, раскачивающих тяжелые пороки-тараны, спрятанные под обитыми железными листами крышами, пытающихся проникнуть на ладьях в гавань, перегороженную тяжелой цепью. Это были воины Хаскульда и Хельги. Вот несколько человек, в их числе и закопченный, словно негр, Ярил Зевота, громко вопя, вновь полезли на стену, откуда осажденные, окатив их кипящей смолой, начали швырять вниз камни, бревна, даже куски мрамора — все, что можно было использовать в деле. Ярил уже хорошо различал белки глаз скрывающихся за мощными каменными зубцами смуглых воинов в блестящих панцирях и шлемах; Зевота пригнулся и, выхватив меч, с яростным воплем ворвался на стену… И почувствовал, как ткнулся в его правый бок брошенный кем-то дротик. Хорошо — на излете, не пробил кольчугу, а то бы… Впрочем, на самом-то деле хорошего было мало — дротик хоть и не причинил непосредственного вреда, однако сильно поколебал равновесие, изо всех сил удерживаемое Ярилом, и парень, неловко качнувшись, полетел вниз, в ров, засыпанный хворостом и мешками.