Книга Из варяг в хазары, страница 57 – Андрей Посняков

Почему же, почему Халиса сказала неправду? Может, она просто не знала про других варягов? Да, скорее всего, так, и совершенно незачем подозревать девушку во лжи. А вдруг, вдруг… вдруг?

Вряд ли такие тонкие вопросы интересовали бы обычного варяжского наемника. Хельги же давно привык продумывать любые возможные последствия, вытекающие или даже только могущие произойти из, казалось бы, совсем уж мелких и малозначительных событий. Вот и на этот раз не успокаивался почему-то молодой бильрестский ярл, не давала ему покоя возможная ложь Халисы, не спал ярл, ворочался в расшитом хазарском шатре, думал. Допустим, всё же соврала хазарка. Тогда возникает вопрос — зачем ей это надо? Нет… Вопрос не совсем точный. Ведь вполне может статься, что Халиса просто выполняла просьбу отца. Но зачем это Вергелу? Похоже, что незачем, будем пока так считать. Значит, скорее всего, имеется здесь у Халисы свой собственный интерес. Какой? В той варяжской дружине есть ее хороший знакомый? И они вместе что-то замыслили — к примеру, убрать Вергела, а его богатства поделить. Могла на такое пойти купеческая дочка? А кто ее знает? Может, и могла. А может, и не могла. Но если могла, то что же, выходит, она сама же и организовала собственное похищение? Или всё произошло случайно? Но тогда… Тьфу ты, совсем запутался.

Хельги вышел из шатра, поставленного на берегу, рядом с пристанью. Город Булгар, куда наконец-таки прибыли суда Вергела, располагался вовсе не у самой реки, а дальше, ближе к холмам, поросшим редким лесом, и бескрайним лугам-пастбищам, тянувшимся, говорят, до самой Камы-реки. На этих-то просторах и кочевали болгары — родственные хазарам племена, пытавшиеся создать свое отдельное государство. Пока с этим получалось плохо: хоть и платили проходившие мимо купцы десятину болгарскому вождю, да тот всё ж таки подчинялся Хазарии, даже вынужден был отдать сына в заложники кагану и в гарем — дочь. К тому же не все болгары подчинялись единому правителю, были такие орды — сувар и баранд-жар, — которые вообще никому не подчинялись.

Обо всём этом поведал ярлу Вергел еще вчера вечером, когда караван подходил к деревянным причалам Булгара — главного города (а фактически просто-напросто зимнего становища) кочевого народа болгар. Во-он он, Булгар, на холме, видны строящиеся укрепления, башни. Рядом с ними — шатры, кибитки, кони. Не очень-то много было населения в городе, да оно и понятно — не закончились еще кочевья, не пожухли сочные травы. Еще неделю-другую вполне можно прихватить, а уж как наступят заморозки, тогда все и откочуют в Булгар, где и теплее, и веселее, где многие уж и корма на зиму заготовили, ну, а кто не заготовил — купит, если есть на что. Если нет — конь, лук да стрелы — и к печенегам, грабить караваны да хазарские города. Глядишь, даст Аллах, и на сено заработать удастся!

Со стороны города вдруг раздался протяжный истошный вопль. Настолько пронзительный и неожиданный, что Хельги подумал было — там кого-то режут. Привычно положил руку на меч, прислушался…

— Это муэдзин, помощник священника, — подойдя сзади, пояснил Никифор. — Я видел таких в Никее. Болгары поклоняются Аллаху, а не Иегове, как хазары. Что, тоже не спится, ярл?