Онлайн книга «Первый поход»
|
Трэль неохотно оторвался от зрелища заходящего солнца. Ох уж этот Михаил! Пристал со своим массажем. И так бы прошли ребра, в первый раз, что ли? Тем не менее обижать купца не хотелось, и юноша, стараясь не зацепить ногой кого-либо из спящих прямо на палубе матросов первой смены, осторожно пошел к носу, где, прямо на носовом возвышении, желтел шатер ромейского купца. Вообще-то раньше ромей спал на корме, в одной каюте с Адальстаном. Но вот сегодня, ссылаясь на жару, велел разбить для себя шатер. Что ж, у каждого свои причуды. Михаил встретил гостя приветливо. Предложил дорогого вина, лично помог снять тунику. — Ложись на спину, друг мой. — Поставив оловянный кубок на небольшой столик, купец показал рукой на ложе, устланное мягкими овечьими шкурами. — Закрой глаза… расслабься… Трэль сделал так, как ему сказали, чувствуя, как ловкие пальцы купца забегали по его животу и груди. И вправду — через некоторое время боль стала легче. А ромей не унимался, руки его, словно невесомые птицы, гладили грудь юноши все сильней, с какой-то затаенной страстью… — Не открывай глаза, — шептал Михаил. — Не надо… Трэль и не собирался открывать, пока не почувствовал своими губами соленый вкус чужих мужских губ. — Тьфу! Отплевываясь, он сбросил с себя тяжелое навалившееся тело. Купец оскалился, словно лишенный добычи волк, и, зарычав, вытащил из-за пояса длинный узкий кинжал… Поглядев в разъяренные глаза ромея, Трэль увидел там собственную смерть и немедленно выскользнул из шатра. — Корабль! — вдруг истошно завопил часовой. — Корабль прямо у левого борта! И тут же с вражеского корабля — приземистого и узкого драккара — полетели на кнорр копья, секиры и стрелы. Трэль отчетливо увидел, как одна из стрел, пронзив обнаженную грудь Михаила, окровавленная, вышла между лопатками. Коварный обольститель упал и, выгнувшись дугою, застыл с быстро стекленеющими глазами. Умер, подумал Трэль. Впрочем, особо думать было некогда. На палубу с воплями запрыгивали викинги. Уклонившись от летящей секиры, юноша перегнулся через борт и удивленно вскрикнул. Он узнал корабль! У левого борта фризского кнорра как ни в чем не бывало покачивался на волнах до боли знакомый драккар «Транин Ланги», лучший боевой корабль Сигурда, покойного бильрестского ярла, ныне принадлежащий новому ярлу — Хельги, сыну Сигурда. — Эй! — дико закричал Трэль прямо в лицо прыгнувшему на борт викингу, в котором почти сразу узнал старого знакомого — Дирмунда Заику. Заика что-то вопил и вращал над головой небольшой палицей. — Эй, Заика! — снова закричал парень. — Это ж я, Трэль. Трэль Навозник. Где Хельги? — Ах, Хельги? — осклабился Заика. — Т-тебе нужен Хельги? Так отправляйся же к нему, Навозник! С этими словами Дирмунд Заика ударил вольноотпущенника палицей по голове. Вернее, это он целил в голову, да Трэль не стал дожидаться удара, уклонился и, заехав Дирмунду кулаком в морду, с разбега бросился в воду, благо берег был рядом. Ничего себе, думал он, плывя, если свои так встречают, что же говорить о чужих? С кнорра в воду прыгали многие, и пираты, похоже, заметили это. Оставив на захваченном судне часть викингов, «Транин Ланги» ходко пошел к берегу. Похоже, их предводитель знает здесь все мели, подумал Трэль, прячась среди вересковых кустов. Он нарочно проплыл подальше к югу. Кто знает, что там на уме у этих? Что-то не видно средь них ни Хельги, ни толстяка Харальда. Даже худенькая фигурка Малыша Снорри и та не мелькает. Что же со всеми ними случилось? Убили? Да ведь не могли же всех сразу! И что делать потом, утром? Куда идти? Хотя, конечно, главное — спрятаться, а там видно будет. Ведь сдернули же куда-то Ирландец и этот противный рыжий пацан, Вазг. Неизвестно, как Ирландец, а рыжий уж точно никаких языков, окромя родного, не знает. Но ведь ушел же! Значит знал, куда… |