Книга Первый поход, страница 132 – Андрей Посняков

«Да, ее нужно искать», — выходя из полосатого шатра на корме, произнес про себя пиратский хевдинг — еще совсем молодой человек с очень красивым надменным лицом, обрамленным длинными, белыми, словно лен, волосами. Красавчик Фриддлейв, сын Свейна Копителя Коров. О, недаром он примкнул к данам и быстро выдвинулся среди них смелостью, отвагой и изрядной жестокостью. Хотя все викинги не брезговали расправами с пленниками и врагами, однако Фриддлейв находил все больше удовольствия в самых ужасных расправах, и «кровавый орел» все чаще срывался с острия его меча, а секира была красной от крови.

— Эй, Йорм! — крикнул он часовому. — Разбуди-ка новеньких. Заику и этого… Эрмен… Эрен… Тьфу-ты… В общем, ты понял.

— О да, мой ярл, — откликнулся Йорм — круглолицый деревенский парень, младший сын одного из трендалагских бондов.

Оба — Дирмунд Заика и Эрмендрад — проснулись быстро, да и, в общем-то, не особо крепко и спали, скорее, подремывали, погруженные в думы. А думы у них были примерно одинаковые. Не сделали ли они очередную глупость, примкнув именно к Фриддлейву, вовсе не самому крутому морскому ярлу и, как недавно выяснилось, далеко не самому удачливому?

В данный момент Фриддлейва сильно интересовали окрестности Честера, а именно: как, где, чего пограбить, знают ли о том Эрмендрад или Дирмунд. Увы, в этом смысле ни тот ни другой помочь ему не могли — Эрмендрад, как и все крестьяне, никогда в жизни не был дальше своей сельской округи, расположенной на восточном побережье Мерсии, а вовсе не на западном, у которого стоял сейчас драккар; Заика же если и знал что, так опять-таки все его знания целиком касались того же восточного побережья. Оставался один путь — захватить кого-нибудь из местных жителей и, хорошенько порасспросив, кинуть в море, чтобы, гад, никому не выдал.

— Вы и пойдете. — Хевдинг кивнул обоим. — Можете еще прихватить Йорма. И чтоб к полудню кто-нибудь да был.

Дирмунд и Эрмендрад, пожав плечами, отправились звать Йорма, а затем, уже втроем, спустились по сходням на каменистый берег, грязный и топкий от льющего целые сутки дождя.

— Д-да уж, в-встреть т-тут кого-нибудь, — буркнул Заика, взглянув на серое мокрое небо. — Н-небось п-по домам в-все сидят.

Остановились посовещаться в перелеске, на холме, в виду побережья. Наверное, в солнечную погоду с него много чего можно было бы увидеть, но, увы, только не сейчас. Йорм предложил вполне здравую мысль — отойти подальше от берега и устроить засаду где-нибудь на дороге, между селениями, — наверняка кто-нибудь куда-нибудь да поедет, ведь, несмотря на дождь, жизнь-то не кончилась!

— П-пожалуй, т-так и с-сделаем. — согласился Дирмунд. — Вон з-за тем лесом, п-похоже, х-хорошее место.

За лесом, угадывающимся за серой стеной дождя, проходила наезженная, утопающая в грязи дорога, разбавленная на всем протяжении большими коричневатыми лужами. По обеим сторонам ее, слева и справа, тянулись реденькие кусты, частью буровато-красные, а частью уже сбросившие листву. Лес, конечно же, был бы куда лучшим укрытием, да вот беда — дорога проходила от него слишком далековато. Ладно бы день был нормальным, но в такой дождь ничего толком не видно.

— Ладно, с-сойдут и к-кусты, — махнул рукой Дирмунд, и вся троица, укрывшись в зарослях, приготовилась ждать, поплотнее закутавшись в плащи.