Книга Сын ярла, страница 23 – Андрей Посняков

Осторожно открыв рот Хельги, Велунд влил туда немного отвара, зачерпнутого из котелка большой деревянной ложкой с вырезанными на ней волшебными угловатыми письменами-рунами. На губах юноши запузырилась коричневатая пена. Сигурд ярл вздрогнул и посмотрел на Велунда. Тот успокаивающе кивнул — все так, как должно быть.

— Ты поможешь мне, Сигурд, — тихо произнес он, вытаскивая из принесенного с собой мешочка амулеты — несколько плоских камней с рунами, бараньи кости, кольца и маленький серебряный молоточек. — Задвинь поплотней покрывало… Так… Теперь — испей сам.

Велунд протянул ярлу котелок. Предупредил:

— Только три глотка!

Сигурд недоверчиво ухмыльнулся, затем вздохнул — уж во всяком случае хуже ему уже не будет — и выпил.

— Теперь я. — Колдун взял у старика котелок. Отпил. Сигурд посмотрел вокруг — ничего не менялось. Нет, кажется, звучала песня, все громче и громче, — ну, это пели собравшиеся вокруг очага родичи, за ужином. Что-то уж больно громко. Старый ярл хотел уж было выйти, сказать, чтоб умолкли, да вот не смог даже подняться — ноги не слушались. А песни странные пелись:

Последние строки громко пропели женщины. Казалось, они здесь, рядом, очень близко — вот как будто стоят прямо за покрывалом… Да нет! Вот же они! Здесь, кружат в хороводе прямо над ложем — туманные призраки. Вот Фрейя — богиня любви и смерти, вон она кружит под самым потолком, в призрачной колеснице, запряженной огромными котами. А вот, рядом, Хель — прекраснейшая повелительница Страны смерти. Прекраснейшая она только до пояса: Сигурд ясно увидел, как в разрезе туники промелькнули части скелета. Это плохо, что она здесь объявилась, плохо… А где же ее свирепый пес? Видно, остался охранять души мертвых, чтобы не выползли в Мидгард, воспользовавшись временным отсутствием хозяйки, не принялись вредить роду человеческому. Мудрая богиня Хель: сама ушла, но сторожа оставила. Но — зачем ушла? Зачем ей Хельги?

Все громче звучала песнь:

А вот, в синей туманной дымке, почти невидимые, появились норны — девы судьбы, плетущие нити человеческой жизни и смерти. Вот их прялки, вот нити — где ж здесь отыскать нить Хельги?

То же самое, низко поклонившись, спросил Велунд. Норны все разом обернулись к нему, но ничего не ответили, лишь загадочно улыбнулись.

— Это плохо, что Хель здесь, — обернувшись, шепнул Сигурду старый колдун. Впрочем, об этом Сигурд и без него знал: чего ж хорошего в том, что к ложу умирающего явилась владычица смертного царства? И откуда только прознала, змея?

Велунд неожиданно взмахнул серебряным молоточком.

громко прочел он.

Прекраснейшая богиня Фрейя остановилась прямо перед Велундом, улыбнулась.

обратился к ней старый колдун.

Фрейя засмеялась и вдруг обратилась в змею, покрытую блестящей золотой чешуей, — слышно было, как звенели чешуйки, когда Фрейя ползла к норнам. На полпути остановилась, подняла голову — голову прекрасной женщины с копной рыжих волос, — внимательно посмотрела на Велунда и кивнула на Хель. Велунд все понял.