Книга Варвар, страница 403 – Андрей Посняков

— Княже! – крикнул один из парней из лесочка, что начинался сразу за лугом. – Браслетик нашел.

— Браслетик?

Медный, с узорочьем, девичий… ярко сиявший на солнце, вовсе не зеленый! Новый, можно сказать.

— А ну, поищите еще!

Воины проворно бросились исполнять приказание, видно было, что это дело им по душе и князь – по душе: высокий, сильный, плечистый, уверенный в себе и – самое главное – умный! Настоящий вождь, воин, с которым не пропадешь! Не то что юноша Истр, тот так… княжич. Когда еще заматереет, в силу войдет…

— Землю, землю копьями щупайте.

Минут двадцать, наверное, и прошло-то после начала поисков, когда слева, со стороны небольшого овражка, за ракитником, донесся крик.

Князь и остальные воины быстро пошли через заросли, спустились в овраг…

Оченка лежала там, как живая. Словно бы набегалась, устала да присела передохнуть, вытянув ноги и привалившись спиной к пологому склону. На голове – красно-желтый венок из кленовых листьев, на губах – светлая улыбка. Будто бы чего-то радостного ждала и так же вот радостно умерла – даже мертвые разноцветные глаза светились восторгом. А на платье, под сердцем, запеклась кровь.

— Легко ушла… – тихо сказал кто-то.

— Сволочь, – сжав кулаки, прошептал князь. – За что девчонку-то… Мирослав, Отнег, берите лошадей, скачите в селение. Пусть Истр соберет всю дружину, да быстрей.

— Будем искать Келагастовых, князь?

— Нет. Даже на болото не заедем. Гунны – вот наша цель! Домаш, Хотонег – пройдитесь по берегу. Встретите там близнецов – пусть идут сюда.

— Линя с Горшенею встретить? – уточнили парни.

Рад махнул рукой:

— Их. Пора бы братовьям явиться с докладом.

Близнецы и явились – первыми, а вот дружину пришлось подождать час-другой. Радомир даже попенял спешившемуся братцу:

— Долго, долго собираетесь, копуши. Эх, Дормидонта Кондратьевича, старшины, на вас нет. Устроил бы: сорок пять секунд подъем, взлет-посадка.

Княжич смущенно опустил голову:

— Дружины-то у нас толком и нет, брате. Все – смерды.

— Вот, плохо, что нет. Ничего, заживем побогаче – все будет. И дружина славная, и еще много чего. Да… – Рад скривился. – Там, в овраге, дева мертвая… наверное, видели уже. Схоронить бы по-людски. Домаш, Мирослав – займитесь.

На этот раз, однако, юные воины не торопились выполнять приказ. Стояли, мялись.

Радомир даже прикрикнул:

— Э, кому стоим? Что, опухли?

— Не можно ее хоронить, княже, – упрямо склонил голову Мирослав – коренастый и крепкий юноша с круглым курносым лицом. – Она же не просто так убита. Если б Мокоши ее хотели отдать – в землю бы закопали, Велесу-водяному – в реку бы кинули, Перуну или Семарглу – сожгли. А вот Сварогу – так оставили. Зверям лесным, птицам хищным – Сварожьим посланцам. Нет, не можно ее теперь трогать – Сварога гневить.

Князь исподлобья оглядел своих. Похоже, все – даже братишка Истр – были абсолютно согласны с Мирославом. Пришлось согласиться. В вопросах языческой религии Рад, честно говоря «плавал», а его дружинники, молодые – даже совсем юные – парни, наоборот, всем этим и жили.

Нет, Радомир все же как-то пытался разобраться со всеми местными богами, но после махнул рукой. В учебнике истории были описаны совершенно конкретные боги – тот же Сварог, Мокошь, Перун, Велес. Однако на самом-то деле все было далеко не так однозначно, по сути, в каждом племени имелись свои боги – свой Сварог, своя Мокошь, Перун. И Сварог – или Семаргл – одного племени мог сильно отличаться от божества другого. Разнилось и почитание, и обряды, боги были локальны.