Книга Варвар, страница 33 – Андрей Посняков

— Вот он я. Где следователь-то? Небось, поговорить со мной хочет?

— Мы все хотим. Ты – добрый воин.

— Следователь, говорю, где? Ну, или кто там – опер, участковый?

— Ты – изгой, – продолжал Истр, не слушая. – Помнишь, говорил, что сирота?

— Сирота, сирота… Куда идти-то?

— Потом. После тризны.

— Ха! – Родион недоверчиво прищурился. – Это что же, полиция тут до утра ждать будет?

— Поли-циа? – наконец услышал Истр, но, похоже, не понял. – Это кто? У нас такой девки нет. Я говорю, все мы тебя ждали, дело есть к тебе, Рад! У всех нас, у молодых…

— Какое еще дело? – недовольно переспросил Родион. – Ну, говори, коль уж начал, глазами-то не хлопай попусту!

— Потом! – с неожиданной твердостью заявил подросток. – После…

— Слышь, Истр, а это что еще за чучело? – Родион хмыкнул, указывая на завывающего старика.

— Где? Чучело по весне сжигаем.

— Ну, дед этот – кто?

— Это же Влекумер, навий!

— Типа жрец, что ли?

— Не жрец. Навий, – пояснил подросток, и в голосе его сквозило уважение, смешанное со страхом.

— Да-а… – с сожалением покачал головой Радик. – А говорят, «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков»… Вам бы всем тут психиатр не помешал. И санитары…

Влекумер между тем замолк, поняв клюку к небу, словно вслед за взвивающимся ввысь пламенем, что жадно пожирало плоть умерших. В наступившей тишине слышно было, как трещали дрова.

— Истр, а Радонега что? – шепнул молодой человек. – Ее тоже… того?

— Всех, – так же шепотом отозвался Истр. – И наших, и готов. Только пепел наших мы захороним по обычаям предков, а готов – развеем над рекой.

— Ох! Ох! У-ух! – Влекумер вдруг отбросил клюку и стал кататься по земле, квохча и завывая. – Недоволен Велес, повелитель мертвых! Недовольна Мара, волчица, воющая в ночи! Ух-х… Недовольны духи предков! Полоняника, полоняника надо!

— Чего это он причитает? – Родион передернул плечами.

— Пленника надо было, – охотно пояснил подросток. – И вместе с нашими на краду.

— Куда?

— На костер! И – к небу.

И это он серьезно? Не улыбнется даже – неужели правда? Но пленника на костер? Что за инквизиция такая? Все-таки это шутка, наверное…

— Эх, что ж вы так… без пленных-то? – не удержавшись, с сарказмом бросил Родион.

— Ты сам видел, как готы сражались! Они ведь знают, что будет с пленными, поэтому никто не сдавался живым. Даже своих раненых прикончили.

— Молодцы, – мрачно усмехнулся Радик. – Что уж тут скажешь?

— Да, готы – славные воины, – вполне серьезно кивнул собеседник.

Пламя, прежде взлетавшее до самых небес, тем временем улеглось. Сразу вокруг сомкнулась тьма, а луна и звезды сделались словно ближе и ярче. При свете их можно было даже разглядеть выражение лиц собравшихся, у большинства почему-то благостное, чуть ли не веселое.

— Сейчас будет пир, – улыбнулся Истр. – Помянем павших, как следует. Эх, Радонега, сестрица моя… Теперь ты на небесах – заступница наша.

Родион ничего не сказал, лишь вздохнул. Радостное настроение Истра как-то плохо подходило человеку, потерявшему сегодня сестру и многих других родственников.

Тут же на траве расстелили холсты, расставили горшки с ухою и кашей, разложили хлеб, большие куски жареного мяса, которое полагалось есть руками, отрезая ножом понемногу. Не обошлось и без медовухи, но теперь гость проявлял осторожность и почти не пил, едва мочил губы, благо в темноте не видно.