Онлайн книга «Варвар»
|
— То все равно воевали бы по сей день – вам, мужикам, только дай повоевать, никакого другого дела не надо. Вражьи черепа крушить – большого ума не надо! — Ну, не скажи тетушка. Вот твой муж Арнак – тоже воин. — Он кузнец! — Кузнец. Но и воин. — Пусть так. Когда нужно, он защищает свое селение, свой народ. — Но ведь это – тоже война! — Ой, – женщина взъерошила парнишке волосы, длинные, густые, светло-русые. Зачесанные назад по древнему обычаю галлов, они никак не хотели лежать спокойно и все время норовили упасть на лоб и упрямо лезли в глаза. – Дай-ка я тебя причешу, племянничек! Знаешь, как приятно хоть раз в году повидать родного человечка. Вот говорю с тобой, а сама будто сестру свою вижу, твою матушку. Похож ты на нее очень, только вот глаза… глаза отцовские, карие. Он ведь был из арвернов, отец твой. — Как и Верцингеторикс. Проклятые гунны! — А гунны-то тут при чем? — А кто же убил отца и мать? Разорил и сжег наш город? — Ах, вон ты про что. Знаешь, вот уж не думала, что среди гуннов так много германцев. — Да где их только нет, этих чертовых готов, герулов, сикамбров… Кто-то из них – наши союзники, а кто-то – враги. Не поймешь – кто. Те же готы – они есть и у гуннов, и у римлян. И как тут понять – за кого этот народ? — Каждое племя – по-разному. Как решит вождь. У нас ведь так же было в стародавние времена. — Умная ты у меня, тетушка. — Да и ты не дурачок, – женщина тихонько расхохоталась. – Молодец – на барку пристроился, с голоду не помрешь. Тем более – рядом хоть какие-то родичи, жаль вот только, что мало их. — Права ты, тетушка – хорошо на барке. Только, конечно, временами тяжеловато. Да и вот сейчас, зимой – голодно. Ничего, скоро разлив, а уж тогда смотри, не зевай – разольется Лигер-река, сама знаешь, ничем ее не удержишь. Луга зальет, дороги – того и гляди, как бы килем за какой-нибудь забор на зацепиться. И все равно – красиво! Юноша мечтательно закрыл глаза, представляя могучую величавую реку, летом мелеющую, а весной – бурную и грозную, как разгневанная богиня. Даже северная Секвана-река ни в какое сравнение не идет, ну, разве только Родан, так Родан короче и впадает в теплое римское море, а вот Лигер… тот несет воды свои в океан! Бурный, глубоко синий, и в бурю – страшный. — Чу! – Гаута вдруг напряглась, прислушиваясь к чему-то, что происходило снаружи, во дворе. – Что-то собаки разлаялись. — А у тебя есть собаки? Что-то не видел. — Не мои, соседские. Нет, правда-правда. Слышишь? Лают. — Ну, лают. И что? Может, волки близко подошли или кабана чуют. — А вдруг это безбожные язычники гунны? Господи, упаси, – женщина набожно перекрестилась. Гость насмешливо скривился: — Скажешь тоже – гунны! Что им делать в вашей глуши? Они, небось, грабят сейчас Медиолан и Тицинум. — Дай-то бог. То есть, не дай бог, конечно, – снова попробовав похлебку, Гаута бросила туда несколько корешков – для запаха – и, покачав головой, спросила: — Говорят, будто гунны человечье мясо едят и с коней вообще никогда не слазят. Правда? — Не знаю. — И будто бы их вождь, Аттила, больше похож на разъяренного быка, чем на человека. А, что скажешь? Парнишка пожал плечами: — Врать не буду, не видел. А слышать-то, конечно, слышал. Многие ведь на Каталаунских полях были. А еще как-то в Генабуме встретил одну набожную и богатую женщину, госпожу Женевьеву из Лютеции, она торгует скотом и пшеницей, так вот… |