Книга Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж, страница 612 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Ну, и где этот кривой черт? – потерев руки, огляделся по сторонам Онисим Бугай. – Азата я, государь, вижу – вон, идет. Довольный! Аж светится. Дорвался-таки до молодой жены – понять можно. Вот только этот одноглазый мне что-то не нравится…

— Да, он не подарок, – кивнув, согласился Егор. – Человек, несомненно, циничный и где-то даже подлый. Но – умный, а это для нас самое важное. К тому ж… ты же слышал вчерашний наш разговор?

— Слыхал, слыхал, государе. Я и сам не дурак – татарскую речь добре ведаю.

Вожников рассмеялся:

— Не ведал бы, так я б тебя сюда и не взял. Ладно, вон глянь-ка лучше – кто это там на ишаке у корчмы? Не наш ли друг одноглазый?

— Он, – неприязненно ухмыльнулся ватажник. – Похмеляется, небось, чертяка. О! Едет к нам. Ишь ты, лыбится-то как! Не хуже Азата.

— Да хранит вас Аллах, мессир, – спешившись, вежливо поздоровался Носрулло.

Стражник выглядел на удивление трезвым, только вот костюмчик не сменил, даже не подбрил щеки. Впрочем, мысли князя просек на раз:

— Вот уже семь лет, мессир, я выгляжу так, как вы видите. Другие тоже имеют глаза – и если вдруг вместо замызганного халата увидят добрый чекмень…

— Я знаю, что ты не дурак, Носруло, – перейдя на «ты», как и положено при обращении с низшими, нетерпеливо перебил Егор. – Ну, что скажешь?

— Только хорошее, мессир! – страж приосанился и гордо выпятил грудь. – В городе Ай-Лили, знаменитая танцовщица и певица, ее все здесь знают и любят.

— И я с ней более чем знаком, – улыбнулся князь. – Ты полагаешь, ее пригласят во дворец?

Носрулло передернул плечами:

— Обязательно пригласят, тут и думать нечего! Власть ханы захватили, свое получили – теперь и развлечься можно. А какое ж веселье без Ай-Лили?! Эх… помнишь, Азат, песенку? Белая, белая верблюдица-а-а-а!!!

Осень – зима 1418 г. Орда – Новгород

Ай-Лили приняла князя Егора с восторгом, едва узнав, – а узнала она старого своего знакомца почти сразу же, как только незадачливый тайный страж Носрулло привел Вожникова в покои знаменитой танцовщицы и певицы.

— Ах, князь! – вскочив с оттоманки, обитой светло-зеленой, с вышитыми золотыми цветами, тканью, Ай-Лили томно прикрыла глаза. – Вы здесь! Вы… я знаю, зачем вы явились, догадываюсь… Но, уверяю вас, никому ничего не скажу, даже не выскажу свои догадки вслух, правда!

Она ничуть не изменилась за прошедшие семь лет, разве что слегка раздалась в бедрах, как обычно бывает с женщинами после рождения детей – а их у танцовщицы насчитывалось уже четверо, муж же – местный банкир – если верить словам стражника, погиб пару лет назад на охоте.

Тем не менее большие черные глаза Ай-Лили сверкали прежним задором, и лишь очень внимательный взгляд смог бы разглядеть в них тщательно затаенную боль. Быть может, танцовщица до сих пор горевала о погибшем муже, а, может быть, была и иная причина для грусти.

— Можешь идти, Носрулло, – присев на край оттоманки, величаво разрешил князь. – Скажи Азату, чтоб меня не ждал, я сам найду его, когда понадобится.

Поклонившись, стражник тихонько покинул покои, оставив гостя и хозяйку наедине.

— Ах, что же я сижу! – спохватилась танцовщица. – Сейчас позову слуг… хотя нет! Я сама буду угощать вас…

Егор шевельнул бровью:

— Мы с тобой разве на «вы»?

— Но… вы же все-таки государь, а я… – Ай-Лили замялась было, но тут же улыбнулась прежней своей озорною улыбкой, порывисто схватила гостя за руку, заглянула в глаза. – Я так рада, что ты меня не забыл.