Книга Черные плащи, страница 94 – Андрей Посняков

И точно такое же чудище, только уже в виде статуи, медной или бронзовой, трое мускулистых парней, скинув плащи и туники, устанавливали прямо напротив гроба. Ну до чего же мерзкая тварь! Бычья голова с острыми рогами и разверстой клыкастой пастью сидела на плечах человеческого тела с огромным вздыбленным фаллосом, который неведомый скульптор сработал с видимым тщанием и любовью. В руке жуткий монстр держал копье, упираясь в землю кривыми ногами-лапами.

— Баал… — прошептал Саша. — Он же — Баал-Хаммон, он же — Баал-Зебул, иначе — Вельзевул, то есть «скачущий в облаке князь». Древнее божество пунов, символ солнца и плодородия, что, кстати, хорошо видно по члену. Его любовница, богиня Анат, когда-то…

— Анат! — в один голос вдруг возопили собравшиеся внизу мракобесы. — Анат! Слава тебе, о Великая!

Упав на колени, все протягивали руки к севшей в гробу Марии, мертвенно-бледной и прекрасной.

— Анат! Анат! Анат!

Девушке помог подняться Граций; при этом красавчик ухмылялся, явно чувствуя себя героем дня. Вернее — ночи.

— О Баал, Баал-Зебул, скачущий в облаке князь! — раздался вдруг звучный голос.

Это появился жрец. Высокий, немного сутулый мужчина, подойдя к идолу, поклонился, откинул капюшон.

— Старый знакомый! — прошептал Нгоно, завидев вытянутое, словно лошадиное, лицо со сломанным носом. — Помнишь его? Именно он встречался с Грацием сегодня днем. И тогда, на кладбище, это тоже был он!

Саша слушал вполуха, напряженно соображая, как вытащить из переделки Марию. Эх, было бы побольше людей… Ну да что уж об этом мечтать, придется обойтись имеющимися силами. А потому главное сейчас — это внезапность. Мракобесы явно не ждут нападения и никого не боятся. Сейчас устроят оргию, по ходу которой несчастную девушку явно не ждет ничего хорошего. Значит, нужно действовать, выбрав удобный момент, когда сектанты уже мало что будут соображать, а это обязательно случится — на то и оргия!

Жрец обернулся к своим приспешникам, что-то сказал — те протянули ему сверкающую драгоценностями диадему, которую жрец торжественно водрузил на голову Марии и, повернувшись к божеству, сделал торжественное лицо.

— О великий Баал, нынче мы привели к тебе твою женщину, вновь ставшую девственницей Анат! — провозгласил он. — Сегодня ты возьмешь ее в жены!

— Да будет так! — радостно закричали собравшиеся.

— Да будет! — громко подтвердил жрец. — Радуйтесь! Наш господин велит начать веселье!

Обернувшись, он подал знак музыкантам, те встрепенулись, разгоняя дрему; звякнули цимбалы, глухо зарокотали тамтамы, затянула визгливую ноту флейта.

У гроба появились девушки; скинув плащи, они остались абсолютно нагими и, упав на колени, подползли к мерзкому божеству, распластались.

— О Баал!

Рваный дерганый ритм, напоминавший убогий регтайм, наигрываемый на безбожно расстроенном пианино, сменился чем-то похожим на диско: под ритмичный бой барабанов и звон цимбал девушки вскочили, стали прыгать, выкрикивая славу своему богу!

Начался танец: три красотки кружились все быстрее и быстрее, их стройные смуглые тела заблестели от пота, хотя в подземелье было не жарко, скорей даже холодно.

Там-там, там-там-там… — отбивали ускоряющийся ритм барабаны, мускулистые тела музыкантов тоже лоснились от пота, а танцовщицы извивались, падали на колени, благоговейно хватаясь за вздыбленный фаллос божества, чтобы тут же взметнуться вновь в дерганом уродливом танце.