Книга Черные плащи, страница 67 – Андрей Посняков

— Эх, были бы в Париже — заночевали бы под мостом Александра Третьего, как клошары, — пошутил Саша.

— У площади Италии тоже неплохие места есть, — вскользь заметил инспектор, вызвав у напарника приступ смеха.

— У площади Италии? А ты откуда знаешь?

Нгоно ничего не ответил, а, остановившись под кроной платана, вскинул голову и, четко выговаривая слова, промолвил:

— Никак не пойму, кто там прячется? Человек или обезьяна?

— Сам ты обезьяна! — обиженно отозвались с ветки. — Я тут, между прочим, ночую.

— И часто? — удивленно спросил Александр. — Что, никакого постоялого двора поблизости нет?

— Есть один подходящий, но ведь там надо платить за постой, а монеты, увы, не всегда бывают.

— Может, покажешь нам этот постоялый двор? Глядишь, и тебе бы что-нибудь перепало.

— Две дюжины денариев, — тут же заявили с дерева. Потом чуть помолчали и покладисто добавили: — Ладно, черт с вами, дюжина.

— Согласен! — Саша позвенел монетами, и с дерева тут же спрыгнул юноша лет пятнадцати — в рваной короткой тунике, босой, с нечесаной копной каштанового цвета волос и хитроватым взглядом.

— Давайте денежки! — Первым делом он протянул руку.

— Может быть, сначала скажешь, как тебя зовут?

— К чему вам мое имя? Друзья… когда они еще были… называли меня Ксан.

— Вот твоя дюжина денариев, Ксан. — Саша быстро отсчитал монеты в подставленную грязную ладонь. — Потом получишь столько же. Ну, веди ж нас, таинственный древесный житель! Надеюсь, постоялый двор окажется недорогим и уютным.

— А вам не все равно? — Подросток вдруг ухмыльнулся. — Думаю, вас больше интересует, чтобы хозяин двора не задавал лишних вопросов, не спрашивал подорожные грамоты и все такое прочее, чего у вас явно нет!

— Откуда ты знаешь?

— Я же видел, как вы выбежали из толпы. Не хотите встречаться с ночной стражей? Я тоже не очень хочу. Поэтому больше не задавайте вопросов, идемте, здесь недалеко. Только нужно поторопиться — на всех улицах скоро поставят рогатки.

— Что там болтает этот цыганенок? — уже на ходу запоздало спросил Весников. — Я бы не очень-то ему доверял. Сейчас заведет да ограбит.

— Мы сами кого хочешь ограбим, Коля!

— Это я уже понял… Господи, с кем связался-то? Ладно, шучу, шучу… Он не на вокзал нас ведет, случайно?

— Николай, я ж тебе говорил уже…

— Да помню я, помню… И все же не верится. Хотя вон она — луна! Сверкает, зараза!

Весников кивнул на небо, уже затянутое черным покрывалом ночи, словно искорками, подернутым сверкающими россыпями звезд, что окружили добродушно улыбающийся рогатый месяц.

— Эй, вы, поторапливайтесь! — обернувшись, снова подогнал Ксан. — Не отставайте, не то заблудитесь.

Предупреждение сие, надо сказать, было весьма к месту: сойдя вниз с холма по узенькой кривой улочке, юный проводник нырнул в густые кусты, прошел по одному ему только и заметной тропинке, протиснулся сквозь разлом в полуразрушенной кирпичной стене. Путники едва поспевали за ним, особенно спотыкавшийся на каждом шагу Вальдшнеп. Пару раз он чуть не упал и всю дорогу ругался.

— Теперь сюда, вон в эту яму! — Ксан резко остановился.

— В яму?!

— Ну да! Только уж держитесь меня, там темно, сами не выберетесь!

— Ой заведет он нас, Саня, ой заведет! Не верю я что-то цыганам.

Александр ничего не ответил, задержался, осматриваясь, насколько это было возможно, и, никого не заметив, нырнул в яму последним.