Онлайн книга «Призрак Карфагена»
|
Узкие длинные штаны из добротной, выкрашенной желтым дроком шерстяной ткани, башмаки из лошадиной кожи, по сути мокасины, быстро принявшие форму ног, нижняя легкая туника из тонкого полотна, поверх нее — верхняя шерстяная темно-зеленая, с вышитыми узорчатыми вставками по рукавам, вороту и подолу. Кожаный с серебряными бляшками пояс с привешенными к нему мечом, кошелем, кинжалом. Ну и конечно же, плащ — темно-голубой, с золотой каймой, застегнутый изящной поливной фибулой в виде неведомого хищного зверя. — Если что, — перепрыгнув в челнок, Саша подмигнул ребятам, — скажем, что мы купцы. Все захохотали. Косматые молодые парни, похожие на пьяных рок-звезд, мало напоминали торговцев. Подумав, Александр прихватил с циулы несколько отрезов тканей: раз уж купцы, так чтоб было чем, при нужде, торговать. — Ну! — Парни все никак не могли успокоиться. — Мы теперь и в самом деле торговцы. Продадим-купим — разбогатеем! — Ага, разбогатеешь с вами, — усаживаясь в лодку, ухмыльнулся молодой человек. — Серебро-то хоть считать умеете? Денарий от солида отличите? А, к черту. Погребли, братцы! Сам он уселся на корме и внимательно осматривал густо поросшие камышом и плакучими ивами берега. Парни тоже все примечали, и куда больше, чем Саша. Они же были людьми своей эпохи, внимательными, памятливыми. Фредегар обернулся, показал на стоявшие у самого берега верши — тут были установлены рыбацкие сети. Да-а, выходит, бережок-то не столь уж пустынный. Значит, где-то поблизости деревня. Александр задумчиво посмотрел в светло-синее, с белыми редкими облаками небо. Сколько Хенгист сегодня проплыл? Наверное, километров пятьдесят — семьдесят. Так и плыли-то, считай, всего полдня. Правильно, средняя скорость парусника при относительно удачном ветре — километров сто, сто пятьдесят в день. А пешком за то же время можно пройти километров тридцать — сорок. И не факт, что на коне быстрее — дороги все-таки ненадежны, да и разбойного люду не меньше, чем в море. Франки, бургунды, фризы — кого только нет! Значит, наверняка весть о сожжении прибрежной деревни сюда еще не дошла. Да и не дойдет; максимум до ближайшего города. А какой там ближайший? Августодурум, Байе то есть. А этот, как его? Кроциотонум… Карантан, да. Хенгист Удалой, конечно, обо всем этом знает, потому и встал в дельте реки, словно никого тут и нету. Александр опустил в воду руку, чувствуя приятную прохладу. По берегам, на заливных лугах, росли колокольчики и ромашки, густая сеть пастушьей сумки и лютиков спускалась по влажным местам к самой воде. Кое-где, на возвышенностях, между ивами и тополями, колосились золотые поля пшеницы с синими осколками неба — крапинками сорняков-васильков. — Видать, плохо пропололи, — со знанием дела промолвил Фредегар. Ишь ты, заметил, недаром прозвали — Зоркий Глаз! А еще Фредегар увидел прямо в воде нечто совсем необычное. — Что это там блестит такое? Ну-ка, Рудбальд, не греби… Черпнув рукой воду, парень понес ее к носу и скривился: — Ну и запах! Ужас какой. Запах? Александр тоже зачерпнул радужную пленку, принюхался. Бензин! Точно, бензин! Хотя нет — солярка. Значит, где-то вверх по течению, может быть, совсем недалеко — катер. Если так, следовало быть осторожнее. — Парни! Железный дракон где-то рядом, — шепотом предупредил молодой человек. — Эта гнусная жидкость — его кровь! |