Онлайн книга «Призрак Карфагена»
|
— Вы хотите сказать, любезнейший, что шаг этого молодого человека как раз размером в пассум? Или два шага его такого размера? А! Скорее всего — три? — Да-да, господин, — быстро закивал Сеговий. — Именно три. Римский «шаг» — пассум — составлял где-то около полутора метров, точнее, один метр сорок семь сантиметров, но так точно здесь было нечем измерить. — Хорошо, так и запишем — мерки у вас нет. А чего еще нет? Где у вас ящик с песком? Вдруг пожар, а у вас и тушить нечем! — Но, господин… Вот же, рядом, вода! У нас и помпа имеется. Леонидис, Гилой, а ну-ка тащите… — Стоп! — Проверяющий раздраженно махнул рукой. — Помпа помпой, а в «Наставлении» конкретно прописано: «ящик с песком». Вам, может быть, указать его цвет и размеры? Да, я вижу, что вы и ваши сотрудники и «Наставления»-то не читали? А все ли тут грамотны? Все ли умеют читать и говорить на латыни? — Всенепременнейше все, господин Александр! Они же местные. — Вот я и вижу, что местные… — Хевдинг обвел насмешливым взглядом выстроившихся в шеренгу таможенников. — А ну-ка подойдите-ка сюда, молодой человек! Так, почему без доклада? Не умеем? Не знаем? Не хотим? — Это Олимпус, наш лучший служащий, — торопливо представил его Сеговий. — За последнюю декаду он задержал пять подозрительных кораблей. Пять, мой господин! Олимпус — еще довольно молодой, лет тридцати, таможенник с круглым красным лицом — горделиво расправил плечи. И, как оказалось, зря! Не знали они еще, с кем связались! — Я не спрашиваю, сколько судов он задержал, — сделав каменное лицо, произнес Александр, четко выговаривая каждое слово (нахватался у актеров — недаром столько лет отработал каскадером на киносъемках). — Меня интересует, почему он так одет? Не слишком ли вызывающе для скромного служащего? Одет господин Олимпус действительно был слишком уж ярко. Сверху — короткая небесно-голубая, с широким квадратным вырезом туника; под ней — чуть длиннее, лимонно-желтая, и самая нижняя, карминно-красная, подметала подолом песок. А еще цепь серебрилась на шее! Ну ведь и в самом деле — вызывающе! — Сегодня же сменить одежду! — Саша уже говорил тоном распекающего подчиненных полковника. — И вообще, господин Сеговий, как выглядят ваши люди? Кто в чем, подстрижены черт знает как! — Проверяющий прищурился. — Некоторые и вовсе не стрижены. Начальник таможни то бледнел, то краснел, то щурился… Но, судя по его хитрым глазам, по довольной улыбке, нет-нет да и озаряющей круглое, простецкое с виду лицо, можно было прийти к выводу, что старший таможенник вполне доволен именно таким ходом событий. Конечно, и господину проверяющему тоже приятно что-то такое найти, вскрыть, так сказать, вопиющие безобразия! Ну, как это, «Наставление» строго не выполняется?! Стыд! Стыд и позор! Как тут не разразиться праведным начальственным гневом, как не закричать, не рыкнуть, аки лев, не затопать ногами?.. Все внешние приличия соблюдены, всем хорошо: и проверяющему, и проверяемым. А если бы копнуть вглубь, кто его знает, до чего тут докопаться можно? Так и не копали. Умные проверяющие справедливо опасались за себя и своих близких, а дураки… Что ж, дуракам поорать лишний раз начальственным мощным рыком на тех, кто заведомо ответить не может, — счастье великое! Саша как раз и хотел, чтоб тут его за дурака держали. Правда, за умного дурака. |