Онлайн книга «Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник»
|
Уваров, а следом за ним и Корней хохотнули, хмыкнули, а вот Андрею шутка вовсе не показалась веселой, наверное, голова была не тем занята. — Господин полковник, – писарь неожиданно повысил голос. – Надо бы с осторожкою: приказчик-то прижимист зело, вполне может засветло спать завалиться, чтоб зря свечки не жечь. — Понял, – отрывисто кивнул Громов и, обернувшись к поручику, тихо предупредил: – Не шуми! — Да я и не… — Тсс! Это что там внизу – баня? — Баня, – подтвердил Корней. – Человечишко какой-то идет… Так он и есть – Птицын! — А ну давайте-ка скорее в избу, – живо сообразил Андрей. – Как войдет – хватаем. Так и сделали: едва приказчик вошел, навалились, сбили с ног, руки за спиною связали, да, не говоря худого слова, усадили на лавку у печки. — Только кричать не вздумай, – поиграв тускло блеснувшим ножом, сразу предупредил Уваров. – А на вопросы отвечай толково и вдумчиво, понял? — Угу, – приказчик в ужасе выкатил глаза, срывающимся голоском попросил: – Токмо не убивайте. — Не убьем, – присаживаясь рядом, на лавку, усмехнулся полковник. – Итак, вопрос первый – на господина Самсонова робишь давно? Ерофей вздрогнул, все же не ожидал подобного, думал – обычные тати забрались, сейчас начнут закрома шерстить. — На Самсонова-то… Поручик снова показал нож. — А кто вы такие, чтоб про Самсонова спрашивать? – с неожиданной наглостью заявил Птицын. – Алферий Степаныч – человек на посаде не последний, и ему очень не нравится, когда про него всякие выспрашивают… По знаку Громова Иван отвесил приказчику звонкую пощечину и, ухмыляясь, посоветовал не очень-то воображать. — Не думай, что Самсонову до тебя будет хоть какое-то дело. Убили и убили – мало ли на посаде лиходеев? Приказчик снова напрягся, скуксился: — Золото все отдам, здесь оно, в избе – берите. А о Самсонове – верьте – не знаю ничего, да и как бы мог знать? Кто я, а кто он? Ну не знаю, Христом-Богом клянуся, не знаю! — Отроков зачем ему поставлял? — Отроков? – Ерофей замялся, с тоской посмотрев в окно с выставленной, чтоб было не так душно, рамою, забранною, несмотря на убогость, слюдой. – Ах, отроков… Дак Алферий Степаныч-то их, отроков, прикармливает, помогает бродяжкам. Широкой души человек! — Благодетель, значит, – недобро ухмыльнулся Андрей. Приказчик перекрестился на висевшую в углу маленькую, засиженную мухами икону: — Истинно так! Благодетель! — И больше ты про него ничего не знаешь? — Ничего боле! Клянусь! А золотишко вы берите – всю жизнь малую толику трудами праведными скопил, вон, в тайнике, за печкою. Сам-то гол, как сокол – боле ничего нету. — Врет он всё! – в окно вдруг заглянула рыжая взлохмаченная девчонка, настолько неожиданно, что стоявший напротив Корней в страхе отпрянул, а Ерофей зло прищурился. — Ах ты, корвища… — Цыц! – отвесив Птицыну подзатыльник, полковник с интересом взглянул на девушку. – Ну, ну, говори. — Настоящий-то тайник у него в бане, – презрительно усмехнулась рыжая. – Третий снизу венец. Покажу, если хотите. — Ну покажи… — У-у-у-у! – резко озверев, Ерофей бросился было к окну, по всей видимости, имея намерение удушить тварь голыми руками… Да был остановлен четким ударом поручика. Скрючившись, приказчик упал на пол, завыл. — Рот ему заткните, – негромко приказал Андрей. – Да берите с собой – сходим к баньке, посмотрим… Ну что ж, прекрасная незнакомка, веди! |