Книга Небесный всадник. Том 1, страница 192 – Кирико Кири

— Именно! Искупалась… м-м-м… такой рай после жаркого дня… А потом, когда я надела доспехи обратно, рай превратился в ад… Всё чешется, ты почесаться не можешь нормально. А Рондо сидит, обхохатывается, сучка.

— Рондо была раньше тебя?

— Да, но несильно, лет на десять-пятнадцать. Так что хочешь покупаться, надо лететь дальше, туда, на север, там ещё реки есть. Как раз в той стороне начинают попадаться прибрежные деревушки, а потом город портовый. Если бы не сегодняшняя охота, мы бы там и разбили привал, но сегодня нам прямо повезло на них…

Она скинула свои вещи на песок и расстелила их здесь же, у дракона, не сильно боясь, что тот их растопчет. А вот я боялся: жирный же вообще был тем ещё фруктом, который чисто по теории случайных вероятностей.

— А обычно реже? — негромко поинтересовался я.

— Да обычно и не встретишь никого, а тут друг за другом! — Ирис взглянула на меня и, видимо, что-то прочла в глазах, сразу смягчившись. — Самсон, просто знай, что, появись у меня желание поубивать людей, я бы накупила сотни рабов и резала бы их целый день, как это иногда делают другие. Но я не кровожадная убийца. Я получаю удовольствие только от убийства всяких подонков и врагов, а не от вырезания обычных смердов.

— Тебе не нравятся смерды?

— С чего ты решил так? — удивилась она.

— Ну ты просто так говоришь, чуть ли не с отвращением: смерды, чернь, простолюдины…

— Ну так потому что они такие и есть: смерды, чернь, простолюдины. Не с придыханием же мне о них говорить, — усмехнулась Ирис.

— Я тоже был смердом, — напомнил я.

— Сочувствую. Но тебя признали равным нам, а значит, ты смердом никогда и не был. Да и, будем честны, не похож ты на свинопаса. Речь, конечно, оставляет желать лучшего, но Серафина права: простолюдины редко умеют писать и читать, ещё реже считать. Так что кто ты на самом деле, ещё большо-о-ой вопрос…

Её взгляд стал хитрожопым, как у меня, когда я пытался доказать, что уже оплатил проезд, хотя этого не делал.

Следующим днём мы вновь были в воздухе. Берег шёл не ровно на север, а восточнее. Вскоре, как обещала Ирис, начали попадаться и прибрежные деревушки, и пара городов, после чего снова пошли леса, а мы свернули обратно к столице.

Патруль длился несколько дней и теперь подходил к концу. Изначально смысла я в нём не видел: между промежутками можно было проскочить с закрытыми глазами даже армии, но это была и демонстрация силы, и возможность патрульным оказаться ближе всех к месту прорыва и вступить в бой почти сразу. Короче, свои правила, своя тактика, хотя я её не совсем понимал.

Мы вернулись уже к самому вечеру. На шпиле нас встречали слуги и, естественно, Серафина. Только держалась она от нас подальше, как и, собственно, девчонки из прислуги. Только когда я слез (именно я, потому что, когда слезла Ирис, никто ещё не подходили), все рискнули спуститься со стены. Охрененную репутацию я себе набил, конечно…

— Как всё прошло? — поинтересовалась Серафина, подойдя к нам.

— Плодотворно, — кивнула Ирис.

— Нормально, — пожал я плечами.

Видимо, пожал как-то неправильно, потому что глава всадниц вопросительно посмотрела на свою подругу, а та поморщилась, типа говоря, что потом обсудят. Меня обсудят, ага. То, что я не смог, как полоумный маньяк, резать всех налево и направо.