Книга Небесный всадник. Том 3, страница 159 – Кирико Кири

Перед тем мы остановились напротив двух рыцарей. Оба покрытые следами когтей, царапинами, вмятинами и рваными пробоями. Один был буквально прибит к стене каким-то вытянутый куском железа, другой лежал у его ног на земле. На островке — этот бугорок был единственным, что был из камня, а не лавы, словно, когда всё начало заполнять магма, они забились сюда вдвоём… и оказались в ловушке.

И пока я разглядывал их, агадарка вот так просто подошла к тому, что был прибит и сдёрнула с него шлем! Вот на пофиг! Никакого уважения к воинам!

— Ого! Ты посмотри, Георги! Это же эльфийка!

Я взглянул на тело.

И точно, эльфийка, девушка. Её волосы как раз были завязаны в хвост и заправлены под броню. Бледная кожа, покрытая инеем, торчащие острые уши и… застывшая кровь, сбегавшая из рта прямо под доспехи. Но если это эльфийка, то тогда второй рыцарь…

Я с трудом смог приподнять примёрзшее тело и сорвать с него шлем. А вот это уже была девушка, причём наша, человеческая, примерно Серафины возраста, только с каштановыми волосами. Её застеклянелые, покрытые коркой льда глаза смотрели в никуда.

— С ума сойти… — прошептала агадарка, заставив меня обернуться. — Смотри, это же… это…

Кинжал, который она уже успела вытащить у эльфийки засветился голубым светом в её руке.

Священный клинок… один из тех, что был у нас, который загорался синим светом, едва его касалась рука человека, обладавшего силой первородных.

— Вот это подарок судьбы… — прошептала она. — Теперь… теперь… все будут говорить только обо мне… — агадарка подняла взгляд на меня. — Ты понимаешь, что это значит?

— Отчасти, — отозвался я, взглянув на девушку, которая лежала у моих ног.

Небесные всадницы. Это были небесные всадницы. И они закрыли врата для демонов, залив их лавой. Не было никакой великой воительницы, которая в одиночку всех порубила. Была команда небесных всадниц, от эльфов до людей, а может и узкоглазые здесь были, которые пошли на смерть, чтобы спасти других. И одна таки смогла выбраться…

Кажется, время переписывать их легенды.

Разглядывая тело, я обратил внимание на подсумок, который висел у небесной всадницы на поясе и осторожно открыл его порылся внутри, и помимо всякой мелочёвки типа склянок и походной утвари, достал листок бумаги. Старой и пожелтевшей, сложенной в квадратик. Сложно понять, что здесь было написано раньше, возможно, страница книги или письмо, однако несколько слов были отчётливо видны, словно написанные последними поверх всего.

«Спокойствие и ярость. Смирение и бунт. Мы не можем изменить собственную природу. Мы потеряли кровь».

Бунт млеать…

— Эй ты, нашёл что-то? — окликнула меня агадарка.

— Кусочек письма, — отозвался я.

— Надо уходить, магия недолгая, а идти через этот лес костей я не хочу. Поэтому хватай всё, что есть и выдвигаемся! На, подержи!

И кинула мне клинок.

А я, дебил, на автоматизме его поймал рукой.

И что он сделал? Эта сука засветилась в моей руке точно так же, как она засветилась до этого в руке агадарки. И та, не успев отвернуться, могла лицезреть то, что видел узкий круг лиц восемь лет назад. Надо ли говорить, какое у неё было охреневшее лицо в этот момент?

Несколько секунд мы молчали, после чего встретились взглядами. Её глаза были такими круглыми, что на меня будто змея смотрела.