Книга Под драконьей луной, страница 130 – Робин Слоун

— Когда?! – воскликнул Ариэль.

— Когда ты дни напролет плавал в водоеме, – весело ответила Дурга. – Ты не заметил.

Девочка разложила карты перед собой, младшие и старшие. Мечи и посохи, звезды и котлы, а также тринадцать ярких карт-картинок. Младшие она отодвинула в сторону, оставив только картинки.

— Такие карты известны очень давно, – сказала Дурга. – Их делают в Кроме Фортуна. А туда они попали из далекой страны.

Ариэль кивнул. Все колоды в университете были замусолены до мягкости.

— Я считаю, что рисунки древние. Это первая часть моего открытия. А вот вторая часть. Карты всегда казались мне знакомыми…

— А вы играли в карты? – осторожно спросил Ариэль. – До драконов?

— Конечно. Колода у нас была другая. Впрочем, если посмотреть внимательно, она рассказывала кое-что про историю – настоящую историю и политику, не говоря уже об экономике. Моя подготовка включала и это тоже… предполагалось, что мне, возможно, потребуется изобрести игру.

Всякий раз, как Дурга упоминала свою подготовку, мне думалось, что она посещала самое странное учебное заведение в мире.

— Я должна рассказать тебе про драконов, – объявила она.

— Я про них знаю.

— Да? И сколько их?

До сих пор слово «драконы» означало для Ариэля неисчислимое множество, как «пчелы» или «трава». Ему виделась некая извивающаяся масса, клубок.

— Тысяча? – предположил он.

— Их семь. Они создавались как команда, каждый с определенной ролью в будущем путешествии.

Дурга принялась загибать пальцы:

— Дракон Сангреаль, посол. Он должен был выступать от имени Земли.

До отлета драконов Сангреаль был всеобщим любимцем. В телешоу, где зрители наблюдали за обучением драконов, Сангреаль блистал, порой являя больше человеческого, чем любой человек.

— Дракон Энсамет, пилот. Руководитель миссии.

Энсамет, единственный из людей и драконов, мог вести корабль сквозь потайной ход через пространство и время.

— Дракон Сидераль, инженер. Благодаря ей это все… работало.

Именно Сидераль по возвращении драконов стала архитектором семилучевой цитадели. Сияющий шрам на ночном светиле – выражение ее воли.

— Дракон Барбуз, связь. Шифры и языки.

Барбуз, после возвращения драконов – глава лунной разведки. Барбуз, чьи аватары внедрялись к антам. Оли, друг Альтиссы, оказался Барбуз-клоном.

— Дракон Матадор, безопасность. Оснащенный для защиты корабля от немыслимых угроз.

Матадор, воевавший против антов. Он создавал из лунного грунта смертоносные аватары, губительные машины, ставшие мрачными символами противостояния, и отряжал их в мрачном одиночестве – чудовищные порождения фильмов о кайдзю, которые нашел у себя в сердце: аватары типа «Бык», типа «Молот», типа «Возмездие». Аватара типа «Красавица» уничтожила Сан-Франциско.

— Дракон Сумерки, навигация. Благодаря ей они в конечном счете вернулись.

Сумерки, снискавшая себе несметное множество телевизионных фанатов. Творцы драконов – прагматики до мозга костей – очень смущались, что одно из их созданий оказалось сексапильным.

— Дракон Усаги, психолог. Заместительница Энсамета.

Усаги, на которую возлагали вину за все несчастья: выполняй она свои обязанности как следует, драконы, может, не сошли бы с ума.

Дурга разложила карты, которые отобрала из колоды.

— Думаю, я нашла заключенную в них историю. Картинки – драконы.