Книга Долгожданная, страница 42 – Хелен Гуда

И вот тут-то в мою голову, словно ядовитый шип, закралась крамольная мысль, непрошеное семя сомнения, посаженное глубоко внутри. А что, если не все мои чувства к Равену — результат его ментального внушения, его магической игры? Что, если часть этой неистовой, всепоглощающей страсти, этой непреодолимой тяги, возникла сама по себе, как искра, вспыхнувшая между двумя столь разными, столь противоположными натурами? Что, если между нами действительно есть какая-то связь, что-то большее?

Я встряхнула головой, словно пытаясь физически отогнать эти предательские, опасные мысли. Нет, этого не может быть. Это самообман. Это всего лишь его влияние, его магия, хитроумно играющая с моим разумом, заставляющая видеть то, чего нет на самом деле. Его коварная ловушка, расставленная, чтобы сломить мою волю и подчинить себе.

Но чем больше я пыталась убедить себя в этом, тем сильнее становилось это противное, грызущее изнутри сомнение. Ведь я отчетливо помнила момент нашей первой встречи, тот электрический разряд, который прошел между нами, словно удар молнии, пронзая все мое существо. Тот взгляд, в котором я увидела что-то такое…

И даже сейчас, несмотря на все, что произошло, несмотря на его манипуляции и ложь, я все еще чувствовала это притяжение. Эту непреодолимую тягу к нему, от которой хотелось бежать без оглядки, но которая одновременно манила меня как запретный плод, обещая неземные наслаждения и вечное проклятие.

Я словно загипнотизированная встала с кровати и медленно подошла к ванне. Теплая, пахнущая цветами вода манила, обещая избавление от усталости, душевной боли и тревожных мыслей. Искушение было огромным. Медленно дрожащими руками я начала раздеваться, бросая одежду прямо на пол. Остановившись, я посмотрела на свое отражение в большом зеркале, висящем на стене. Кто я такая? Марионетка в руках могущественного, безжалостного мужчины? Или сильная, независимая женщина, способная самостоятельно выбирать свой путь, не подчиняясь чужой воле? Жертва или охотница?

Вода обволакивала меня, будто теплое шелковое одеяло, лаская воспаленную кожу и успокаивая измученную душу. Каждый мускул расслаблялся, напряжение, копившееся в теле после изнурительной тренировки, медленно растворялось в душистой пене. Я откинулась на край ванны, позволяя аромату роз и жасмина унести меня далеко от забот и сомнений. На какое-то время я забыла о Равене, о его коварных планах и манипуляциях, о магии, плетущей сложные узоры вокруг моей жизни. Были только я, тепло и тихий плеск воды, успокаивающий и умиротворяющий.

После ванны, вытеревшись пушистым полотенцем, я завернулась в мягкий, пушистый халат, поглощающий влагу и дарящий ощущение нежной заботы. Подошла к столику с угощениями, словно голодная волчица, чующая долгожданную добычу. Фрукты оказались сочными и сладкими, взрывающимися во рту фейерверком вкусов, сыр — острым и пикантным, дразнящим рецепторы, а пирог, присыпанный сахарной пудрой, пах корицей, ванилью и домашним уютом — воспоминаниями о далеком детстве. Каждый кусочек, казалось, наполнял меня новыми силами, возвращал к жизни после изнурительной тренировки, дарил кратковременное ощущение нормальности в этом наполненном магией мире.

Закончив трапезу, я прошлась по комнате, стараясь разогнать остатки сонливости, повисшей в воздухе словно густой туман. Я не собиралась сдаваться, не собиралась позволить Равену снова усыпить меня. Я была уверена, что он пришлет этого пушистого котика, Пушка, этакого ангела во плоти, чтобы усыпить мою бдительность, а затем погрузить меня в беспробудный сон, и в этот раз я хотела быть готовой. Я хотела разгадать секрет его магии, понять, как именно он действует, что это за сила, заставляющая меня засыпать против своей воли.