Книга Развод. Убью мужа, страница 44 – Анна Королева

— Сама напросилась, — он шепчет мне в ухо, его горячее дыхание заставляет меня содрогаться, — я не из тех кого стоит дразнить. Уж поверь.

Свободная рука Артема скользит по моей ноге, грубые пальцы впечатываются даже через ткань на нежной коже внутренней стороны бедер.

— Твою мать, я захотел тебя сразу как только увидел, Лада, — повторяет он рычащим басом.

— Артём... — мой стон звучит как мольба, когда его пальцы начинают свою безжалостную игру.

— Нет, — он отстраняется ровно настолько, чтобы я могла видеть его глаза — темные, почти черные от желания. — Теперь ты будешь молчать и слушаться. Ты хотела этого — теперь получишь по полной.

Одним движением он чуть приподнимает меня и разом стягивают леггинсы вместе с трусиками.

Я вскрикиваю от неожиданности, когда его пальцы находят то, что искали — горячую, влажную плоть. Воздух холодный на моей обнаженной коже, но его прикосновения горят как раскаленный металл.

Одним резким движением он пересаживает меня к себе на колени. Кожаное сиденье холодное под моими обнаженными ягодицами, а его твердое возбуждение жжет через ткань джинс. Я непроизвольно двигаю бедрами, и он хрипло ругается сквозь зубы.

— Сними их, — приказывает он, указывая на свои брюки. Его голос звучит так, что по моей спине пробегает дрожь — не страха, а чего-то гораздо более опасного.

Мои пальцы дрожат, когда я расстегиваю пряжку его ремня. Когда я стягиваю молнию, его член вырывается наружу — твердый, горячий, с каплей влаги на кончике. Я невольно облизываю губы, представляя его вкус, и он хрипло смеется, проводя большим пальцем по моим губам.

— Нет времени, принцесса, — его руки сжимают мои бедра с такой силой, что завтра останутся синяки. Он поднимает меня и резко опускает на себя. — Хотя... может быть, позже.

Я вскрикиваю, чувствуя, как он заполняет меня до предела, как каждая складка внутри приспосабливается к его форме. В тесном салоне машины нет места нежности — только яростные толчки, от которых стекла запотевают, а сиденья скрипят в такт нашим движениям. Его пальцы впиваются в мои бедра, оставляя отметины, зубы сжимают сосок через тонкую ткань блузки, заставляя меня выгибаться от смеси боли и удовольствия.

— Твою же ж….Лада…., — рычит он, чувствуя, как мое тело сжимается вокруг него. — Ты мне просто башню сносишь. Хочется трахать и трахать тебя без остановки.

Его слова, грубые и унизительные, только подстегивают меня, заставляя сжиматься еще сильнее.

Я цепляюсь за его плечи, чувствуя под пальцами рельеф мощных мышц, покрытых тонкой сетью шрамов. Когда волна удовольствия накрывает меня, я кусаю его за шею, чтобы не закричать, чувствуя вкус его кожи и соли пота на языке.

Артём следует за мной с глухим стоном, его семя горячим потоком заполняет меня. Мы замираем, сплетенные в тесном салоне, наши сердца бьются в унисон, груди поднимаются и опускаются в одном ритме.

— Это... — я пытаюсь отдышаться, но слова застревают в горле, когда он медленно выходит из меня, оставляя ощущение пустоты.

— Было охрененно, — он поправляет одежду, его глаза обещают, что эта ночь будет долгой. — Но теперь, пора приходить в себя. У нас есть дела.

Машина заводится с низким рычанием, и я понимаю — границы перейдены, пути назад нет. И самое страшное — глядя на его профиль, освещенный тусклым светом приборной панели, на его сильные руки, уверенно лежащие на руле, я понимаю, что не хочу возвращаться.