Книга Развод. Убью мужа, страница 3 – Анна Королева

Обезьянник оказывается местом, где не пахнет ни надеждой, ни прощением. Вонючая комната с облупившимися стенами и металлическими скамейками, облепленными жвачками. Здесь пахнет смесью дешёвого табака, пота и отчаяния. Это место, где даже время, кажется, остановилось.

На одной из скамеек сидит девушка. Я сразу замечаю её: короткая юбка, высокие сапоги и макияж, который можно было бы увидеть только на куклах из магазина игрушек. Она смотрит на меня, поджимает губы, а потом фыркает.

— Так, за что тебя? — спрашивает она, откидываясь на спинку и закуривая, словно это её личный офис.

— За то, что муж решил устроить цирк на стоянке, а я этот цирк немного поджигаю, — сухо отвечаю я, присаживаясь на другую скамейку.

— Мужики — гады, — протягивает она, выпуская дым. — У меня та же тема: один обещает золотые горы, а потом сваливает, не рассчитавшись. Вот и попадаюсь.

— Проституция? — спрашиваю я прямо, даже не стараясь смягчить тон. Не то настроение, чтобы разводить сантименты.

Она пожимает плечами, её ухмылка становится шире.

— Ага. Но я не из тех, кто это за бесплатно делает, — усмехается она. — А ты, вижу, не из наших. Чего сидишь тогда?

— Мужа поймала на измене. Ну, и немного перестаралась с реакцией, — вздыхаю я, вспоминая, как очки разлетаются вдребезги прямо на его лбу.

Она начинает хохотать так громко, что её смех эхом разносится по комнате, а я впервые за день чувствую лёгкость, несмотря на наручники на запястьях.

— Знаешь, ты мне нравишься, — говорит она, протягивая руку. — Если что, зови меня Рита. А если нужна помощь, звони. У меня связи всякие есть. Ну, знаешь, в нашем деле это важно.

Мы обмениваемся телефонами, хотя я не уверена, зачем мне её номер. Но её открытость и странное чувство юмора немного отвлекают меня от мыслей о Юре и той белобрысой.

* * *

Через пару часов меня забирают. Юра появляется, как всегда, в идеально выглаженном костюме, с таким лицом, будто он только что выигрывает тендер века. Ни капли раскаяния. Ни одного слова извинения. Только ледяной взгляд.

В машине я сижу, уставившись в окно, молча. Но внутри всё кипит. Когда я наконец не выдерживаю, я поворачиваюсь к нему и выпаливаю:

— Я подаю на развод. Ты можешь хоть на коленях ползать, но я с тобой больше не останусь.

Машина резко дёргается, когда Юра бьёт по тормозам. Я чувствую, как ремень безопасности впивается мне в плечо, а пальцы машинально вцепляются в дверцу. Безумное молчание заполняет салон, только слышно, как гул мотора сливается с моим учащённым дыханием.

Юра медленно поворачивает голову ко мне. Его глаза — холодные, как сталь, и в них нет ни капли человеческого тепла. Впервые за всё время я вижу в нём не просто раздражение, а что-то гораздо более тёмное. Что-то, от чего по спине пробегает ледяной холод.

— Повтори, что ты сказала, — его голос звучит тихо, но в этой тишине сквозит угроза. Он чуть наклоняется ко мне, и я чувствую запах его одеколона, смешанного с сигаретным дымом, который он, как всегда, пытался замаскировать.

— Я. Подаю. На. Развод, — произношу я медленно, стараясь не показывать, как дрожат мои руки. Моё сердце бешено колотится, но я держу взгляд прямо на нём.

Юра криво ухмыляется, и эта ухмылка больше напоминает оскал. Он резко откидывается на спинку сиденья и проводит рукой по идеально уложенным волосам. Его движения — выверенные, медленные, словно он полностью контролирует ситуацию.